Борель. Золото [сборник]

Из избушки доносился ядреный храп. Ветер утихал.

Глава четвертая

1

Тягучая, как китайская халва, поползла сплетня среди почитателей главного инженера.

— Конечно, Вандаловская сядет на теплое место.

— Несомненно… Видите, с какими новаторскими замашками приехала.

— А знаете, говорят, здесь старая связь с любовной интригой… Правда?

— Ну, это меньше всего вероятно. Просто политика новой дирекции — брать кое-кого и развязать руки. А интрига?.. Нет…: Все же, знаете, интеллигентка и — мужик… К тому же заграничное образование.

Слухи… Шепотки…. Предположения…

А когда рудоуправление поручило составление производственной программы Клыкову совместно с Вандаловской, то химик Перебоев в присутствии инженера Антропова иронически поздравил Татьяну Александровну:

— С успехом вас, интересная женщина.

— Я не вижу здесь успеха, — холодно ответила она.

— Ну-с, знаете. Иван Михайлович ученый с мировым именем и вдруг такое противопоставление. Это, знаете, очень странно, очень странно.

Толстяк Перебоев перекосил круглое толстоносое лицо, приподнял коричневую шляпу и комично расшаркался.

Заметив с первой встречи склонность Перебоева к болтливости, Вандаловская сначала не придала значения этому разговору, а затем задумалась. Она, по поручению директора, набрасывала эскиз бремсберга. Двигатель должен был доставлять руду из трех шахт до обогатительной фабрики. Пунктиры и звездочки мухами разлетелись в стороны от жирных бороздок разреза — получались кресты.

— Вы расстроились, Татьяна Александровна? — спросил Антропов.

Безусое, моложавое лицо инженера понравилось Вандаловской еще на производственном совещании. Чувствуя себя человеком новым, она воздерживалась входить в близкие отношения с малознакомой публикой, но печальные серые глаза Антропова подкупали.

— Вы слышали остроты химика?.. Не понимаю, в чем тут дело?

— А вы не обращайте внимания.

Антропов пыхтел папиросой, что-то еще хотел сказать, но Вандаловская накинула на плечи пальто и продолжала:

— Вероятно, у некоторых товарищей специалистов получилось впечатление, что я сознательно третирую своими выступлениями главного инженера.

Татьяна Александровна собрала бумаги и вышла.

Обшитая кошмой дверь глухо скрипнула. В коридоре встретилась Катя Самохватова. Девица размахивала клоком исписанной бумаги.