Повернув голову, он переводит взгляд на картину, и я тоже смотрю на нее. Серые тени, распахнутое окно, на его фоне женский силуэт в красном платье. За окнами город, знакомая улица, много огней. Только возле окна уже не темный мазок, а котенок, который пытается выбраться. Котенок, на ухе которого притаилась яркая бабочка.
Возможно, когда-то мы сможем находиться рядом без боли и без этого ощущения потери и пустоты, что разъедают, как кислота.
Но сейчас слишком сложно.
Я выжата, устала, мне нужно побыть одной. Макс уговаривает остаться, предлагает вариант, что уйдет он, а не я.
– Всю недвижимость я снова перепишу на тебя… – говорю я, уже стоя у двери с чемоданом.
– А потом я снова пойду к юристу, и мы так и будем бродить туда-сюда, – качает он головой. – Анита, половина твоя. Потом решишь, где ты хочешь жить. А пока…
Он вкладывает мне в руку ключи от нашей второй квартиры.
– Мы все равно никогда там не жили."
"Да, за ней следила женщина, которую нанял Макс, сами мы там изредка появлялись – эта квартира была лишь вложением.
Кивнув, я бросаю прощальный взгляд на Макса и выхожу. Не оглядываясь. Не поддаваясь порыву обнять его.
Нельзя.
Так будет только сложнее.
Квартира встречает меня эхом моих же шагов. Еду по дороге я не купила, но есть не хочу. Приняв душ, переодеваюсь, ложусь в гостиной – кровать кажется непривычной, чужой. Пытаюсь уснуть, но не получается.
Слишком много событий. Слишком много мыслей, которые теперь, когда я осталась одна, накатывают лавиной, которую остановить невозможно.
Уйти, бросить все – да, такой соблазн тоже есть. Спрятаться, отгородиться, чтобы больше не было больно, чтобы больше не чувствовать. Только вот… хочу ли я этого? На самом деле – хочу ли?
Никогда больше не увидеть Тимура. Никогда не услышать его голоса. Никогда больше не прикоснуться к нему? Никогда не сказать ему о том, что я чувствую.
«Забудь про сделку…»
Да, я слишком отчетливо помню эти слова.
Они отдаются во мне тоскливой волной, жалят, все еще жалят.
«Не можешь, – звучит снова в памяти голос Тимура. – Без меня ты дальше не можешь. Просто снова боишься».
– Могу, – шепчу я в темноту. – И нет, я уже не боюсь.
Решение, которое я принимаю, не дается легко. Но, наверное, так всегда, когда для тебя что-то действительно важно.
Я жутко волнуюсь. Несколько раз меняю одежду. В итоге останавливаюсь на строгой юбке, блузе и пиджаке.
Я долго возилась, поэтому к офису подъезжаю с опозданием в сорок минут.