— Я не желаю, чтобы меня отстраняли, обращались со мной как с противником. Лара, мы с тобой не приносим друг другу счастья.
У нее ком из слез застрял в горле.
— Мы с тобой лишь в постели не ссоримся.
Враждебности больше не было, рыдания душили ее. Она знала — всегда, — что это будет произнесено, но не ожидала, что здесь, сейчас.
— Ты хочешь развод? Можно было бы выбрать менее публичное место, — вырвалось у нее.
— Это не публичное место, это мой дом.
— Тебе ничего не нужно, да? Я знала, но все-таки устроила этот прием… прости.
— Я понимаю. Я действительно понимаю тебя, Лара. Мы должны быть едины в этом. Разве не так? Я развода не хочу.
Ларе странно было услышать от него такие слова, учитывая ее поведение.
Рауль смотрел на нее и задавал себе похожий вопрос. Что произошло с его защищенной от неожиданностей жизнью, где все предусмотрено?
— Неужели у нас не может быть дня, чтобы не думать постоянно о ребенке? Неужели это должно довлеть над всем остальным?
Да, конечно, должно.
— Ты прав, но этот прием…
— Знаю. Важный благотворительный прием.
— Прости, я… это платье… я слишком увлеклась. — Честно говоря, ей было не совсем удобно в таком открытом платье.
— Твои обязанности хозяйки уже закончились, надеюсь?
— В основном, да.
— Тогда как насчет того, чтобы удрать и устроить собственную вечеринку?
— Я согласна.
Глава 13
Тазгоряченная после прогулки в виноградниках Рауля, Лара подставила лицо под приятный ветерок, хотя, глядя на Рауля, стоящего рядом, не очень-то остынешь. Рубашка у него расстегнута до пупа, видна загорелая кожа, на мускулистом животе с полоской черных волос блестит пряжка ремня."
"— Следующие несколько месяцев мне придется часто летать в Нью-Йорк.
— В Нью-Йорк?
— Да.
— Это означает, что ты будешь много отсутствовать? — И означает много одиноких ночей.
— Да, но есть и запасной вариант.
Лара уже знала, что последует: он решил прекратить невыгодную сделку… сделку с ней.
— Мы можем перебраться туда. У меня там апартаменты.