И команда поняла, что ее величество прислала ответ на послание жреца. Птица с истинно королевским достоинством склонила голову, блеснув умными глазами, выкрикнула свое фирменное словечко «рокх» и, оттолкнувшись от плеча Зидоро, улетела по направлению к храмовому саду. Может, решила устроить себе перерыв на ужин или что там положено по трудовому законодательству для птиц в Ильтарии, а может, желала разыскать своих коллег и поинтересоваться, как прошел массовый налет-знамение.
Со двора Храма Зигиты экипаж выехал на «проспект» и быстро покатил по каменной мостовой.
— А зачем вы стали жрецом? — огорошила она его первым закономерно пришедшим на ум вопросом, который возник после изучения аристократичных, но в то же время сильных рук Гарсидо с длинными пальцами. В таких руках куда естественнее смотрелся бы кинжал, нежели молитвенник.
— Ну вот, Гала ей мало, теперь она взялась жрецов с пути истинного сбивать, — тихонько фыркнул Рэнд.
— Меня избрала Зигита, — несколько недоуменно отозвался Гарсидо. — Я родился посвященным ей. Тебе, посланница богини, разве это неведомо?
— Я посланница Совета богов. — Элька ткнула под длинный нос жреца перстень с эмблемой Совета. — И во внутренние дела вашей богини не лезла. У женщин свои секреты.
Сочтя такой ответ правдивым, Гарсидо коротко объяснил:
— Да будет вам известно, что в нашем мире благой Зигитой установлен такой порядок: любого новорожденного, будь он из самой знатной иль самой бедной семьи, в первый год жизни ждет испытание. На праздник Толлья-Авило — день Урожая — родители приносят ребенка в храм на утреннюю благодарственную молитву, чтобы малыш предстал перед покровительницей всего сущего Зигитой, коснулся ее милостивого света.