Трюк, которым сопровождается каждый финал чемпионата, когда победивший гонщик сжигает об асфальт свою резину, погружая все вокруг в клубы дыма. На этом моменте Марс развернулся и ушел в гостиницу. Он знал, что на крыше сегодня будет большая вечеринка, посвященная финалу чемпионата, но ему на ней нечего было делать. Даже по коридорам сегодня шаталось столько репортеров, что Марс заперся в номере, стараясь никому не попадаться. Не тот момент, когда ему хотелось давать интервью.
– Остаток вечера я проведу у себя, – сообщил он своему менеджеру.
– Будет сделано, кэп, – отсалютовал тот. И, хлопнув Марса по плечу, добавил: – Следующий сезон будет твой, вот увидишь.
– Никто и не сомневается, – жестко ответил Марс. Он и сам не знал, то ли Бланж так поднатаскался, то ли он сам действительно начал сдавать, но тут же прогнал эту мысль.
Он сделает его. И вернет себе свой первый номер.
Усевшись на кровать, Марс скинул рубашку, стянул носки, оставшись только в брюках, и устало выдохнул.
Его разбудил стук в дверь. Обслуживание номеров. Неохотно поднявшись, Марс поморщился. Прошлогодняя травма локтя давала о себе знать каждый раз, когда он засыпал, оставив руку в неправильном положении. Он растер ее, повращав в разные стороны.
Стук повторился.
– Иду! – крикнул Марс и, открыв дверь, впустил пожилого чернокожего официанта.
– Чем-то еще могу помочь? – спросил тот, явно ожидая чаевых.
– Нет, спасибо.
– Приятного вечера.
Официант закрыл дверь, и, только когда локоть снова стрельнул, Марс понял, как сглупил, не попросив принести хотя бы льда. Ладно, с этим он и сам справится.
Не став закрывать дверь комнаты и выставив металлическую защелку, чтоб та не захлопнулась, прямо так, в одних лишь штанах, он вышел в коридор, прихватив металлическое ведерко. В коридоре были слышны отдаленные звуки музыки. Видимо, прошло не меньше пары часов, раз вечеринка уже в разгаре.
В центре коридора стояли Лаклан и Лил. Так близко друг к другу, как не стоят обычные напарники по команде. Лили, как и всегда, выбрала настолько неприлично короткое платье, что приходилось прикладывать все усилия, чтобы не пялиться на ее бесконечные ноги в босоножках на тонких каблуках. Как Марс эти платья ненавидел! Каждый раз она словно специально надевала одно из них, чтобы посильнее его позлить.