Глядя им вслед, клерк открыл было рот, чтобы что-то спросить, но, подумав, закрыл его и снова склонился над бумагами."
"Покинув арену, Мейзерс и Кейтлин двинулись по темному коридору, мимо деревянных дверей, обшитых стальными панелями, пока не дошли до двери, на которой была грубо выведена краской цифра «2». Без лишних раздумий полковник заколотил кулаком по мятому железу двери, и с той стороны послышался недовольный крик.
— Кто там приперся?
— Мейзерс, — с хитрой улыбкой ответил военный и, обернувшись к Кейтлин, добавил: — Он работает по ночам, а днем спит и очень не любит, когда его будят.
Дверь распахнулась, и на пороге возник высокий темнокожий человек, заросший жесткой бородой. На нем были сильно поношенные кожаные штаны, подвязанные бечевкой, и тяжелые сапоги; моргая спросонья, он натягивал через голову дырявую серую футболку, которая, вероятно, когда-то была черной.
— Полковник, вот так радость! — сказал Томас, широко улыбаясь Мейзерсу и еще шире — Кейтлин.
— Томас, у меня к тебе просьба…
— Так-так… — отозвался тот и пристальнее присмотрелся к девушке.
— Нет, ей нужна другая работа.
— Точно? А то у крошки все данные…
Полковник откашлялся.
— А, ладно, как скажете… — махнул рукой Томас и подмигнул Кейтлин, которая стояла с открытым от возмущения ртом. — Какая работа?
— Вот с ней это и обсудишь, а я пошел. — Полковник повернулся к ним спиной.
— Ах, вот какая работа… Черт, ты помнишь, как мне в прошлый раз из-за тебя досталось?
Мейзерс обернулся и строго посмотрел на Томаса.
— Ты передо мной по-прежнему в долгу и не скоро расплатишься.
Тот смиренно вздохнул, и полковник обратился к Кейтлин:
— Удачи тебе, девочка! Надеюсь, увидимся в лучшие времена… — и ушел, не оглядываясь.
Томас смотрел ему в спину, пока он не скрылся за углом, а потом снова широко улыбнулся девушке:
— Может, все-таки танцовщицей?
— Вот уж нет!
— Мое дело — спросить. У нас тут девушки, не вымазанные в дерьме, — большая редкость.
— Очень милый комплимент, — съязвила Кейтлин.
Томас улыбнулся, на этот раз вполне искренне.
— Ну что, много ты тут собираешься разнести?
— Пока не знаю.
— Понятно. Каков вопрос — таков ответ. И какая же работа тебе нужна?
— Любая. Лишь бы стоять у ограды, когда начнется бой.
Томас прищурился:
— Говорят, тот парень, что пристрелил солдата, был с девчонкой. Выходит, с тобой.
Это было утверждение, а не вопрос, поэтому Кейтлин решила, что можно не отвечать. Томас посмотрел на нее иначе, почти с уважением.