– Василиса, мне нужно срочно тебя увидеть. У меня завтра вылет. Это важно.
Всё верно. Пётр, как и Андрей, работал по месячным сменам. И был как раз конец месяца. Андрей бы тоже собирался, оставляя меня на долгих тридцать дней. Но я знала, что он обязательно вернётся, и ждала.
– Хорошо.
– Ты сейчас где?
Я осмотрелась. Не думала, что смогу так далеко уйти.
– Рядом с «Эники Беники».
– Замечательно! Подожди, я минут через семь-десять подъеду."
"Мне было всё равно. Даже не заметила, промелькнувших минут.
– Привет ещё раз! Хорошо выглядишь! – слегка улыбнувшись, сказал комплимент Наумов, жестом приглашая пройти за столик. Попыталась вернуть ему улыбку, но вышло криво.
От кофе я отказалась, а вот сок бы выпила с удовольствием.
– Василиса, тут такое дело. В общем, держи.
Пётр пододвинул ко мне довольно пухлый конверт.
– Что это?
Наумов вздохнул.
– Это Андрюхина зарплата, премия, тринадцатая. Короче, расчёт.
– Петя! Я не могу этого взять!
– Почему? У Андрея никого больше нет.
На глаза навернулись слёзы. Это было каждый раз, когда речь заходила об Андрее.
– Петя. Это неправильно. Ты… вы с ребятами, – поправила саму себя. – Потратились и на похороны, и на кафе. Будет лучше, если ты вернёшь сумму всем, кто помог.
– Та-а-ак! – протянул Наумов. – Давай эти вопросы мы с ребятами будем решать сами. Хорошо? Мне Андрюха говорил, что ты хочешь открыть своё кафе. Здесь, конечно, не хватит, но ты девушка умная, сама разберёшься.
Ему всё-таки удалось заставить меня улыбнуться. Ну да, со стороны такой красавчик и плачущая девушка выглядели странно.
– Петя, а вы можете взять меня с собой?
– Не понял? – Наумов мгновенно стал серьёзным.
– Я хочу уехать.
– Куда?
– Мне без разницы.
– Так, а давай ты мне сейчас объяснишь своё странное желание, – попросил мужчина.
– Петя, я не могу здесь оставаться.
– Почему?
– Я беременна.
– Вот это неожиданность! – воскликнул Наумов. Немногие посетители кафе начали поворачиваться в нашу сторону.
– Нет, ты не понял!
– Да чего уж тут не понять, даже я знаю, что такое беременность.
– Петя. Пожалуйста. Тише. На нас смотрят.
– Пусть смотрят. Странное желание в твоём положении куда-то ехать. Не находишь?
– Нет. Я могу устроиться поваром, посудомойкой, кем угодно!
– Василиса. – Пётр тяжело вздохнул.