Я уже начала сомневаться в том, что прийти сюда с той целью, с которой явилась в клуб, было хорошей идеей.
— Карин… на тебе лица нет, — округлила глаза Вита. — Волк за тобой, что ли, гонится?
Я плюхнулась на диван, забилась в дальний угол и помотала головой.
— Нет, всё в порядке.
— А выпить? Не принесла? — уточнила Аня.
— Сейчас обещали обслужить.
Подруги переглянулись, но ничего говорить не стали. Вновь увлеклись разговором, в котором активно обсуждали, какой «улов» сегодня у них на танцполе. Иногда Витка и Аня спорили, кто привлечёт к себе внимание большего количества мужчин.
Я без интереса прислушивалась к их щебету, когда почувствовала, что на меня смотрят. Вскинула голову и без труда нашла взглядом Дмитрия. Он устроился на диване чуть поодаль и, дождавшись, когда перед нами поставят напитки, поднял бокал в молчаливом тосте. Я взяла спритц и отсалютовала ему в ответ. Дмитрий снова улыбнулся этой своей кривоватой улыбкой и, приговорив виски залпом, потерял ко мне всяческий интерес.
А вот меня это задело… И я не собиралась так просто сдаваться.
— Ну-ну, девочка моя, ты что?
Тихий смех с нотками встревоженности был последним, что я услышала перед тем, как провалиться в дрёму. Помнила только, как сначала я сильно перебрала, затем Дмитрий усадил меня в машину, сел рядом. Как мы с ним самозабвенно целовались, а потом мне стало так плохо, что показалось, будто мне выкрутили все внутренности.
Никогда так не делайте… Особенно когда в планах у вас было совершенно другое.
Проснулась я в гордом одиночестве на смятой постели, которая выглядела так, будто ночью здесь происходило как минимум боевое действие. Сев на кровати, закрыла лицо руками и застонало. Было так ужасно стыдно, что захотелось провалиться сквозь землю. Особенно от воспоминаний о том, как Дмитрий вчера сопровождал меня к ванной комнате и даже — о, ужас! — держал мои волосы, пока меня знатно полоскало.
Искренне надеясь, что моё тело сказало бы мне о том, что я всё же потеряла невинность ночью, я поднялась с постели и, пошатываясь, отправилась по тому маршруту, который смутно помнила. Добравшись до санузла, наклонилась над раковиной и, включив воду, принялась плескать себе в лицо ледяные пригоршни."
"Каринка, Каринка… Что же ты наделала? Почему решила, что тебе нужно для храбрости принять на грудь побольше? Ведь всё могло быть… ну если не идеально, то хорошо.