Может, получится не туда отправить… — и, видя, что я еще колеблюсь, опять остреет, — быстро, я сказал!
Я больше ничего не говорю, подталкиваю безмолвно сжимающегося под моими прикосновениями Ваньку к двери, и, проверив окрестности и убедившись, что пока что никто до нас не дошел, направляю мальчишку в сторону второй калитки, соединяющей крыло реанимации и соседнего здания, где прячется психдиспансер. Обычно эта калитка закрыта, но только для посторонних и пациентов.
Я бегу следом за Ванькой, успев только напоследок благодарно кивнуть Иванычу, спокойно занявшему позицию на пороге подсобки, но перед тем, как нырнуть в неприметный проход между кустами, все же оглядываюсь, чтоб успеть заметить, как он мягко проводит по заднему карману древних джинсов, явно что-то туда убирая.
Сердце екает жестким, нехорошим предчувствием и виной, потому что втянули мы с Ванькой ни в чем не повинного пожилого человека в неприятную историю, но тормозить не могу.
"Да и в том, что чужой, что-то теперь сомнения берут…
Глава 16
Тимирязевская сорок пять — это в Крестах. В громадном частном секторе, где, кажется, даже почта не в курсе, сколько именно там адресов.
Мы с Ванькой находим нужное место далеко не сразу и какое-то время тупим перед ветхим заборчиком, за которым едва видна из-за зелени многолетних деревьев крыша старого домика.
— Че-то тупо тут, — Ванька, за время дороги вернувший себе привычный вид бывалого опытного парня, презрительно цыкает зубом, и, не обращая внимания на мой неодобрительный взгляд, подходит и мотает штакетину заборчика вперед и назад. Я смотрю, как вся конструкция шатается, вздыхаю. Ничего, главное, чтоб внутри было что попить хотя бы. А то у меня наличных нет, только карточка, а светить ее страшно.
Так быстро если нашли, где работаю, значит, и операции по карте могут отслеживать.
Симку из телефона я уже вытащила и выкинула и из Ванькиного телефона тоже. Будет нужно, купим новые, чуть позже. Когда ситуация хоть немного прояснится.
Сердце не на месте из-за Иваныча. Этот жест его характерный, проверяющий, на месте ли нож, до сих пор перед глазами. Очень надеюсь, что ему ничего не сделают.