Состоялось сражение с неизвестным противником. Стороны обменялись серьезными чародейскими ударами, остатки обоих флотов занесло в Зарождение, и они продолжали сражаться в затопленном мире. Когда остатки противника бежали, на корабли Бинадаса напал какой-то демон. Удар был так свиреп, что погибли все эдур. Самого Бинадаса демон пригвоздил копьем к креслу.
– Откуда, – прохрипел Рулад, – откуда это известно?
– Ваш отец… видел сон.
– А демон остался в Зарождении? Я выслежу его, уничтожу. Да, будет мщение. Бинадас был моим братом. И это я послал его, своего брата. Они все умерли по моему слову. Все умерли, и мой отец жаждет мне об этом поведать. Демон, да, демон, который преследует моих сородичей…
Спутанная, бредовая речь стихла, и лицо Рулада страшно исказилось, так что Нисалл пришлось отвернуться, чтобы не закричать.
– Ваше величество, – негромко позвал канцлер.
Нисалл замерла; вот к чему подводил Трибан Гнол – до этого была лишь присказка.
– Ваше величество, демон доставлен. Он здесь, император.
Рулад замкнулся в себе. Он не произносил ни слова, хотя губы шевелились.
– Претендент, – продолжал Трибан Гнол. – Кровь тартеналов, по утверждению Хандари Кхалага, чище, чем у любого тартенала на этом континенте.
– Да, – прошептал Рулад. – Он смеется – как же он смеется.
– Ваше величество, – пробормотал канцлер, – вы не желаете отомстить за Бинадаса? Томад…
– Томад! – Рулад, подскочив на троне, метнул взгляд на Трибана Гнола – тот отшатнулся.