– Сильное утешение… Виноват, я всегда несдержан в шутливых комментариях. Полагаю, я должен испытывать благодарность, но не могу.
– Еще бы, – сказал Красная Маска. Они подошли к большому кожаному навесу, натянутому над картами; их нарисовал на шкурах родара вождь – в основном то, что мог вспомнить из военных летерийских карт, которые довелось видеть. Шкуры были растянуты и закреплены на земле, как детали головоломки, чтобы изобразить огромный район, включающий королевства на юге. – Ты солдат, Анастер Ток, а мне нужны солдаты.
– И ты хочешь заключить со мной соглашение.
– Хочу.
– Скрепленное словами.
– Да.
– А если я откажусь? Решу уйти?
– Тебя отпустят, дадут лошадь и припасы. Можешь ехать на восток, или юго-восток, или прямо на север, хотя на севере ничего не найдешь. Главное, не на запад и не на юго-запад.
– Не в Летерийскую империю, другими словами.
– Да. Я не знаю, какую месть ты затаил в израненной душе. Я не знаю, хочешь ли ты предать оул’данов – за то, что они предали тебя.
– Ясно.
Красная Маска изучал карты в неясном свете. Казалось, черные линии, тая, уходят в небытие.
– И все же я хочу обратиться к твоему желанию отомстить летери.
– А не оул’данам.
– Да.
– Ты веришь, что сможешь победить их.
– Смогу, Анастер Ток.
– Заранее подготовив поле сражения. Что ж, с такой тактикой я не хочу спорить. Притом что летери достаточно глупы, чтобы прийти туда, куда хочешь ты.
– Они заносчивы, – сказал Красная Маска. – И потом у них нет выбора. Они желают отомстить за смерть поселенцев и похищенные стада, которые называют своей собственностью – хотя сами украли их у нас. Они желают наказать нас и потому горят желанием скрестить клинки.
– Используя кавалерию, пехоту, лучников и магов.
– Да.
– И как ты собираешься справиться с магами, Красная Маска?
– Пока я тебе не скажу.
– На случай если я уеду, сделаю крюк и ускользну от тебя и твоих охотников?
– Это маловероятно.
Анастер Ток повернулся и демонстративно начал изучать лагерь – многие ряды палаток, вьющиеся вонючие дымки от костров.
– Ты набрал сколько – десять, двенадцать тысяч воинов?
– Почти пятнадцать.
– Значит, развалил кланы.
– Да.