– Ты чувствуешь эту скорбь, смертный?
– Не по мне!
– Но она есть. Ты остался один. Все их смерти будут напрасны, забыты, бессмысленны?
Удинаас пытался уцепиться за землю, но камни размякали под его пальцами, песчаная почва поддавалась, и от ногтей оставались борозды.
– Найди другого! – Его крик пронесся эхом прямо через зияющий вход храма и гудел внутри – пойманный, украденный; это был уже голос не Удинааса, а самого храма – скорбный крик умирания, отчаянного вызова. Храм громко заявлял о своей жажде.
И что-то встряхнуло небеса.
Весь храм зашатался, тучи пыли хлынули через щели между камнями. Сейчас все рухнет…
– Нет! – загремела фигура на верху лестницы, старясь удержать равновесие. – Этот мой! Мой Т’орруд Сегул! Посмотри на мертвых – их надо спасти, освободить, их надо…
И тут за спиной Удинааса раздался другой голос – высокий, далекий, голос самого неба:
– Нет, Странник. Эти мертвые – форкрул ассейлы. Они мертвы от твоей руки. Убить, чтобы спасти…
– Грозная ведьма, ты ничего не знаешь! Только их я могу спасти!
– Проклятие Старших богов – видишь кровь на своих руках? Это все сотворил ты.
Громадная тень пронеслась над Удинаасом. Развернулась.
Взметнувшийся ветер поднял торчком спутанные волосы трупов, раскидал клочья одежды; потом внезапный удар, будто спускалась огромная тяжесть, и появился дракон – между Удинаасом и Странником, – длинные задние ноги вытянулись вниз, пронзая холодные тела, превращая их в груду переломанных костей, и громадное существо приземлилось на склон.
Голос зазвенел в черепе Удинааса.
– Ты знаешь меня?
Серебристые сполохи бежали рябью по золотой чешуе – от существа исходил небывалый жар; тела форкрул ассейлов чернели под ним, кожа морщилась, сползала. Жир таял, лопался в волдырях, сочился из суставов.
Удинаас кивнул:
– Менандор. Сестра Рассвет. Насильница.
Густой, мелодичный смех.
– Этот мой, – сказала она. – Я застолбила его давным-давно.
– Столби что хочешь, Менандор. Прежде чем мы тут покончим, ты отдашь его мне. По собственной воле.
– В самом деле?
– Как… плату.
– За что?
– За новости о твоей сестре.
Она снова засмеялась:
– А ты думаешь, я их не знаю?
– Я предлагаю больше. – Бог поднял кровавые руки. – И могу сделать так, что они уйдут с твоего пути, Менандор. Надо просто… подтолкнуть.