* * *Он поднялся по изодранному склону, по вздыбленному каменному ложу, в котором открылась громадная расщелина – ее вертикальные стены уже блестели инеем, когда Готос подошел и заглянул вниз. Внизу, в темноте, громко препирались два голоса.
Готос улыбнулся.
Он раскрыл свой Путь и с помощью небольшого осколка силы медленно, спокойно спустился на сумрачное дно расселины.
При появлении Готоса два голоса утихли, остался только скрежещущий, шипящий звук – прерывистое от боли дыхание, – и еще яггут слышал шуршание чешуи по камню где-то в стороне.
В десяти шагах за Маэлем маячила гигантская фигура Кильмандарос – ее кожа светилась болезненным светом. Она стояла, сжав кулаки, с воинственным выражением на физиономии.
Скабандари, дракон-одиночник, был загнан на дно разлома в скале и теперь припал к земле; из-за разбитых ребер каждый вздох отдавался мучительной болью. Одно истерзанное крыло еле держалось. Задняя нога была явно сломана: обломки кости продрали плоть. Полет закончился.
Двое Старших богов смотрели на Готоса, который подошел ближе и заговорил:
– Меня всегда охватывает восторг, когда предателя самого предают.
Маэль, Старший бог морей, спросил:
– Готос, ритуал… завершен?
– Более-менее. – Яггут пристально посмотрел на Кильмандарос. – Старшая богиня, твои дети заплутали в этом владении.
Огромная звероподобная женщина пожала плечами и ответила тихим мелодичным голосом:
– Они всегда плутают, яггут.
– Так почему бы тебе не поправить положение?
– А тебе?
Задрав тонкую бровь, Готос обнажил клыки в улыбке.
– Кильмандарос, ты меня приглашаешь?
Она посмотрела на дракона:
– Нет времени. Мне нужно возвращаться в Куральд Эмурланн. Сейчас я его убью…
– Это необязательно, – сказал Маэль.
Кильмандарос повернулась к нему, разжала, потом опять сжала кулаки.
– Ты опять за свое, краб вареный?
Маэль пожал плечами и повернулся к Готосу:
– Объясни ей, пожалуйста.
– Какой заклад ты готов мне предложить? – спросил Готос.
– Да перестань!
– Хорошо. Кильмандарос, внутри ритуала, который сейчас опускается на эту землю, на уродливые леса и поля сражений, самой смерти не существует. Если убить тисте эдур здесь, его душа отделится от тела, но сохранит почти всю свою силу.
– Я хочу его убить, – сказала Кильмандарос негромко.
– Тогда, – Готос улыбнулся еще шире, – тебе нужен я.
Маэль фыркнул.
– Зачем же? – спросила Кильмандарос.
Яггут пожал плечами:
– Нужно приготовить Финнэст.