Баеву не верю, он точно приложил руку, чтобы мы расстались. На пары хожу на автомате. Учеба, новые знания — все, что раньше всегда спасало от дурного настроения, на этот раз бессильно.
Я просто хочу знать, почему он так поступил. Что на самом деле чувствует ко мне. Хочу взглянуть в его голубые глаза и увидеть в них правду!
В среду после второй пары забегаю в туалет. За спиной хлопает дверь, и знакомый голос повелительно произносит:
— Исчезли все!
Оборачиваюсь — Инга, девушка Стэна. По спине скользит неприятный холодок.
В туалете еще четыре девчонки, они быстро просачиваются к выходу, пока я соображаю, что вообще происходит.
— А ты останься, Шанина.
Инга подходит ко мне почти вплотную. Так близко подругу Шумского я, кажется, еще не видела. В отличие от той же Ангелины-Насти в Инге Ульссон все натуральное — от аккуратных темных, прямых волос до улыбки красивых тонких губ.
— Что нужно? — Скрещиваю руки на груди. Я не боюсь ее, но и находиться рядом долго не хочу.
— Чего куртку мою не носишь? Слишком хороша для тебя? — спрашивает Инга, подходя к зеркалу. — Видела тебя сегодня утром.
— Не нравится. Могу вернуть, кстати.
— Не надо, — пожимает плечами Ульссон. — Темный, смотрю, тебя не балует приличным шмотом.
Она окидывает меня красноречивым взглядом.
— Он и не должен, вообще-то. И меня все устраивает.
— Все? — Инга улыбается одними губами. — И что он тебе дает? Точнее, куда он тебе дает?
Недоуменно хмурюсь, а подружки за спиной громко смеются.
— Значит, не трахаетесь? — деловито уточняет Инга. — Ха, я выиграла у Стэна, он считает, что Темный тебя уже поимел.
Инга изящным жестом смахивает несуществующую пылинку с тонкой бежевой блузки. Никогда не видела Ульссон в чем-то откровенно вульгарном или ярком. Нет, она предпочитает классику и выглядит как милая хорошая девочка с идеальными манерами из благополучной, уважаемой семьи. Я прекрасно знаю, что это лишь красивый фасад, но не очень понимаю, чего этот фасад ко мне прицепился.