– А есть ли у него способ вернуть это счастье? – жалостливо спросила служанка и слезинку платочком промокнула.
– Не знаю. Теперь я ничего про него не вижу. Видно, не от него самого теперь его будущее зависит. Если его суженая выберет легкий путь – разминутся они на тропах мироздания, а по трудному пути люди идут редко.
– Значит, надежда еще есть, – обрадовалась служаночка.
– Надежда есть всегда. Даже в тех случаях, когда у человека уже нет ничего другого, – поучительно изрекла Ведунья и закрыла глаза, показывая, что разговор окончен.
------------------------
Дверь королевского кабинета открылась, вышел Леон. Лара решила, что пора обнаружить свое присутствие, поэтому прыгнула вперед, заранее прижав ушки к голове и состроив самую жалостливую мордочку на свете:
– Мяу!
Леон замер и ошеломленно уставился на свою Кошку:"
"– Ты откуда взялась?! Как смогла тяжелую дверь в моих покоях открыть?! – он присел перед Ларой и почесал ее за ушком, укоризненно приговаривая: – Опасно бродить по дворцу, тут много приспешников членов Святого Воинства среди слуг, а лорд Ормонд с утра тебя велел найти и к нему принести, слышишь? Не знаю, для чего ты ему нужна, но точно не для благого дела.
Лара кивнула, и они пошли к комнатам Леона во дворце. По дороге Лара крепко задумалась, как сообщить генералу данные ее хвостатой разведки, и не сразу заметила, что они прошли спальню генерала и оказались в его ванной комнате.
– Вот отсюда тебе точно не выбраться, – довольным тоном сказал Леон и... запер дверь в ванную! Запер на засов со стороны спальни!!! Гад!
Лара негодующе взвыла, набросилась на дубовую дверь с когтями, но совесть у Леона от ее воплей не пробудилась. Сдохла его совесть, как больная мышь! Ларины ушки уловили звук шагов генерала, который прошагал назад в гостиную и вышел из своих покоев, захлопнув их входную дверь.
Побесновавшись немного и мстительно исцарапав гладкую поверхность двери (пусть король удержит с него неустойку за порчу предмета интерьера!), Лара внимательно осмотрела свою «темницу». Дверь тут была только одна, выть рядом с ней бесполезно: через две двери и две комнаты ее волей никто не услышит.