Домой Лара приехала к ужину. Переодевшись и спустившись в большую кухню, она присоединилась к родителям, уже сидевшим за столом. Отец выразительно посмотрел на дочь, давая понять, что ему уже обо всем известно, но выяснение отношений начал только за чаем (Василий Ильич был твердо убежден в том, что негативные эмоции и ссоры во время еды приводят к гастриту и язве желудка):
– Итак, ты опять рассталась с очередным мужчиной. Да еще и со скандалом. Не боишься, что твоя профессиональная репутация пострадает от таких выходок?
– Ты забываешь, что я работаю государственным защитником, и моими клиентами являются лица весьма небогатые и далекие от мира бизнеса и гламура.
– Причем бесплатно! Ты опять отказалась вести дело моего партнера по трастовому фонду. Почему?
– Ты отлично знаешь почему, папа. Я не собираюсь прикрывать махинации вашего «серого» бизнеса.
– Вот только Марью Сергеевну Швецову из себя не строй! Тысячи адвокатов мечтают о тех клиентах, что я тебе на блюдечке преподношу, а ты все нос воротишь! Давай-ка определяйся с планами на жизнь: ты должна жить, как дочь богатого человека и помогать мне защищать наше общесемейное дело, которое в конце концов перейдет к тебе.
– Спасибо семье за это. Я отрабатываю свой кусок хлеба тем, что провожу почти все свои свободные вечера, мило улыбаясь твоим партнерам по бизнесу, журналистам, чиновникам и прочим полезным людям. Избавляю тебя от трат на эскорт-услуги, а они недешевы, смею заметить.
Отец недовольно поморщился, но возразить тут было нечего.