Однако он не спешил приближаться к Тенгелю или его кувшину.
Его организм не выдержал бы еще одного соприкосновения с ядовитым облаком. Но и брызнуть на злодея ясной водой он тоже не мог, слишком велико было расстояние. Марко удалось это сделать с его образом-духом, он попросту бросил в него камень, смоченный ясной водой. Но Натаниель не видел поблизости подходящих камней.
Силы покидали его, дышать было тяжело, мучительно, но он старался не обращать на это внимания. Для сохранения душевного спокойствия он позволил себе медленно опуститься на землю и сесть, прислонившись спиной к скале и подняв коленки, и улыбаясь.
Он приготовился ждать.
Тан-гиль пялился на него, как рассвирепевший бык.
— Ну и сиди так! Ты думаешь, кто из нас сможет прождать дольше, ты или я? Ты смертен, рано или поздно тебе будет крышка. Я же бессмертен, и если я смог ждать семьсот лет свою черную воду, то смогу подождать, пока закончится твои жизненный срок. Кстати, он не будет слишком долгим, если ты останешься сидеть тут.
В этом Тенгель Злой был безусловно прав.
Стало довольно холодно, чувствовалась близость ледника. Натаниель был только в брюках, а остальную часть тела покрывали ржаво-красные знаки, которые, естественно, не грели.
Солнце уже садилось. Тень от ледника вскоре должна была закрыть его, он видел, как ее темный край двигался по траве. На склоне горы лежала гротескная тень одного из адских псов. Голова собаки заслоняла Тан-гилю солнце, и его страх от этого только усиливался.
Кстати, он вел себя подозрительно тихо. Какие еще мерзости измышлял его больной мозг?
Натаниель использовал эту передышку, чтобы обдумать свои планы. Его мысли начали уже обретать некоторую законченность, когда он заметил что-то необычное.
Уже некоторое время происходило странное, но он не задумывался над этим.
Теперь он заметил краем глаза какую-то тень. Возле ручья, позади него. Он инстинктивно протянул туда руку, и что-то укололо его в ладонь.
Натаниель вскочил, стряхивая с себя этих червей. Впрочем, червями их назвать было нельзя, поскольку они ползали на шести лапках, имели острые когти и зубы.