Черные ножи

Леша поживет у меня. Можешь не волноваться.

Казаков кивнул в ответ и ушел обратно в темноту арки, я же поднялся в квартиру Леши, трижды нажал на звонок и вскоре уже тряс руку своего друга. Одет он был по-домашнему в подштанники, нательную рубаху и вязаную кофту.

Леха жил в коммуналке, подобной моей. Квартира на пять комнат, они с матерью занимали комнату с балконом — роскошь и несколько лишних метров, где можно было хранить всякие ненужные вещи.

Выглядел Леша слегка бледноватым, но весьма бодрым и полным сил.

Мы прошли в его комнату, где никого не было — мать еще не вернулась со смены, она работала в столовой при заводе имени Колющенко. В последнее время ей тоже, как и моей тетке, часто приходилось оставаться на заводе по несколько суток подряд.

Ни Леха, ни его мать, да и практически никто, кроме причастных, понятия не имели, что на заводе полным ходом идет производство легендарных ракетных установок «Катюша». Лишь я, пришелец из будущего века, прекрасно знал, что эти машины победы собирали в обстановке полной секретности, и даже сами рабочие понятия не имели, что именно они производят.

На заводе делали отдельные детали, а окончательный монтаж реактивных систем залпового огня БМ-13 проводился по ночам в особом гараже на углу улиц Труда и Елькина, рядом с табачной фабрикой, и прямо оттуда зачехленные машины отправлялись на вокзал, а дальше на фронт. Ежемесячно удавалось выпускать сорок пять «Катюш», и до самого конца войны немцы так и не сумели раскрыть ни тайну производства, ни даже вычислить город, где их собирали.

Но, разумеется, раскрывать Леше этот секрет я не собирался — права не имел, да и ни к чему ему знать, еще проболтается где-то ненароком. Не специально, конечно, но зачем рисковать.

Зайдя в комнату, я уселся на стул, а Леха завалился на кровать. Вторая кровать, на которой спала его мать, стояла за ширмой-перегородкой. Мы уставились друг на друга в ожидании. Леша заговорил первым:

— Представляешь, не помню ни черта… вот вообще ничего.

Пришел на завод, работал, а потом провал, темнота.

— Знаешь что, собирайся, поживешь пока у меня. Вместе веселее!

Леша пожал плечами и начал одеваться. Пока натягивал на себя теплые штаны, болтал без умолку.

— Когда я в больнице валялся, мне один раненный анекдоты рассказывал. Слушай! Снайпер докладывает: «Сегодня сделал десять выстрелов, девять немцев положил». «А десятый промазал?» «Десятый оказался финном!»

Я хмыкнул.