Мы подошли к лехиному подъезду и увидели, как из него вышли трое мужчин сомнительной внешности, быстрым шагом направившихся вдоль наружной теплотрассы и старых сараев.
— Это они! — горячо прошептал Алексей. — Те самые!
— Понял! — я легко ткнул его в бок. — Иди домой, отдыхай.
— Я с тобой! — возмутился Леша. Отговаривать его не было ни времени, ни желания. Когда нужно, Носов был очень упертым человеком.
— Не отсвечивай, держись за мной… — велел я, и мы двинулись следом за троицей, стараясь держаться незаметно.
На всякий случай я нащупал в кармане кастет — тот самый, что подарил мне Корякин. Хоть какое-то оружие. Жаль, конечно, что револьвер пришлось отдать милиции, он бы сейчас очень пригодился. В другом кармане у меня лежал нож-бабочка, его почему-то в милиции не отобрали.
Вскоре городской квартал окончился и начался частный сектор. Старые дома, многие из которых были еще времен царской постройки, были сплошь огорожены крепкими, высокими заборами. Заслышав чужих, громко лаяли немногочисленные собаки, пытаясь протиснуть худые морды сквозь щелки в плотно подогнанных досках заборов.
Я помнил, что Димка очень не любил этот район. Местная пацанва ненавидела «городских», хотя жили они буквально по соседству, и прежде частенько устраивали сходки стенка на стенку. Впрочем, с началом войны все поутихло. Однако неприязнь осталась.
К счастью, сейчас нам никто из них не попался.
Выждав пару минут, мы тоже подошли к калитке. В то же мгновение над ней появилась огромная собачья башка — помесь кавказской овчарки и какой-то неведомой злобной твари, и так рыкнула в нашу сторону, что нас с Лехой словно ветром сдуло метров на семь назад.
— Нет, так мы обстановку не проясним, — констатировал я ситуацию, обдумывая, что делать дальше. Кастет тут не поможет. Эту псину явно не запугать, и дороги к дому она нам не даст. Простой, но весьма надежный метод защиты своей территории. Травить собаку я не собирался, договориться с ней тоже вряд ли получится.