И тренировка, о которой вы говорите, не только не готовит их к войне, но лишает последних сил, так что не рассказывайте мне о вашем гарнизоне! Я и выбрал это место по той причине, что никому в голову не придет, что в таких развалинах содержится столь ценная пленница, как графиня Мальвуазен.
Но леди Маргарет ничуть не оскорбили издевательства сэра Морелла.
– Вы, как всегда, меня недооцениваете.
Она дважды хлопнула в ладоши, и из углов зала выступили четверо уродливых, покрытых шрамами гигантов с переломанными носами и скулами.
– Рад видеть, что вы так хорошо защищены, леди Маргарет, но неужели считаете, будто четверка обычных солдат, даже таких сильных, сможет устоять против Черного Льва, вздумай он напасть на замок? Его всегда сопровождают семь черных дьяволов! – прошипел Морелл, в бессильной ярости сжимая чашу.
"– Не смейте портить чашу, Морелл. Я помню, как вы мечтали стать одним из его стражей, но он сразу понял, что вы собой представляете. Кому захочется постоянно ожидать клинка в спину от собственного рыцаря! Не вздумайте меня ударить! Моей личной страже не слишком нравятся ваши «любовные игры», которые мне так часто приходилось выносить в прошлом. Похоже, вы не понимаете, в чем назначение этих людей. Они призваны охранять, только не меня, а ее.
Лайонин увидела, как женщина ткнула пальцем в ее сторону.
– Мои люди не отойдут от нее ни на шаг. И если посланцы Мальвуазена попытаются отнять пленницу, я прикажу ее убить еще до того, как они появятся.
– Я действительно вас недооценивал, – широко улыбнулся сэр Морелл. – Можно держать ее хоть в открытом поле, в его собственном замке, и ему все равно не останется ничего, кроме как вручить нам выкуп. Груженные золотом телеги. Да, вы поистине умны.
– Благодарю вас, прекрасный рыцарь. – Леди Маргарет встала и, обняв Морелла, прижалась к нему всем телом.
Рыцарь порывисто оттолкнул ее:
– Нет, я желаю эту женщину и возьму ее.
Повинуясь быстрому жесту хозяйки, все четверо громил окружили скамью. Лайонин почувствовала себя невероятно одинокой и беззащитной в кольце из нависших над ней негодяев.
– Эта женщина будет содержаться, как подобает ее положению, а не как шлюха, привезенная сюда для вашего удовольствия.