Должно быть, она воистину прекрасна! Что подвигло тебя на брак? Я думал, Изабель навсегда излечила тебя от этого.
Лайонин, затаив дыхание, ждала ответа мужа. Почему он женился на ней? Но Ранулф молчал. Она снова принялась выгребать золу. По крайней мере у огня теплее!
– Помнишь ту рыженькую в Лондоне? Из-за которой подрались Корбет и Сэнневилл. Они надрались так, что на ногах не стояли, и…
Ранулф снова рассмеялся:
– Мы с тобой тоже были не слишком трезвы. Благодари Бога за Хьюго Фиц-Уоррена.
– Да, Хьюго помог их разнять.
– Ее «все» оказалось не таким уж и неприятным.
– Интересно, откуда ты это узнал? Ведь на ночь она пришла ко мне! – завопил Дейкр.
– К тебе? Зачем ей такой слабак, ведь она могла получить мужчину!
– Слабак? Да этот маленький цукатик признался, что ты пугаешь ее больше самого дьявола!
– А мне она сказала, что от твоей приторной красоты ее тошнит и она скорее провела бы ночь с девушкой!
– Я тебе покажу приторную красоту!
Лайонин подняла глаза и узрела, как Дейкр вцепился в горло Ранулфа, и оба покатились по полу.
Они, пыхтя, подкатились к ее ногам, и Лайонин спокойно уронила почти полную корзину с золой рядом с их головами и, не дожидаясь их реакции, невозмутимо пошла прочь.
"Откуда ни возьмись появилась Мод и прижала к располневшему телу тонкую фигурку девушки. Лайонин положила лову на ее мощное плечо.
– Я убью девчонку! – взревел Дейкр над самым ее ухом. – Мод, отпусти ее! У меня приготовлено особое наказание для таких, как она!
– Вы до полусмерти перепугали бедную девочку, – упрекнула Мод, гладя Лайонин по голове, полностью закрытой шерстяной вуалью, спускавшейся на спину.
В голосе звучало столько сарказма, что Лайонин молча затряслась от смеха. Мод укоризненно покачала головой:
– Видите, как она дрожит от страха.
Лайонин засмеялась еще сильнее, но звук, вырвавшийся из горла, оказался поразительно похож на всхлип.