Jessie Murph) – Diplo, Jessie Murph, Polo G
I'm yours sped up – Isabel LaRosa
Stick season – Noah Kahan
What was I made for? – Billie Eilish
Deeper well – Kacey Musgraves
Make you mine – Madison Beer
Devil doesn't bargain – Alec Benjamin
Shameless – Camila Cabello
Can I be him – James Arthur
Love song – Lana Del Rey
The lonely – Christina Perri
Bad reputation – Shawn Mendes
Not afraid anymore – Halsey
Mastermind – Taylor Swift
«Я обещаю, мы победим сегодня вечером».
Марк Мессье[1]
Пролог. Оливия, 9 лет
Мое сердце колотилось, как барабан, а маленькие ручки, вытянутые по бокам, дрожали.
Зал ожидания казался холодным, режущее глаза освещение отбрасывало отблеск на пустые бежевые стены.
Мама завила мне волосы этим утром. Она использовала много лака, и тугие кудри стянули кожу головы – это заставляло меня желать только одного: почесать ее. Мама потратила немного наших денег на красивое платье с оборками, которое выглядело так, как будто до меня его носила настоящая принцесса. Но оно кололось, а мне было ужасно страшно.
Я не хотела быть здесь.
Я пела только в церкви и дома. Мне все это не нравилось.
Мы с мамой стояли, в тревожной тишине ожидая своей очереди. Напряжение в комнате было таким сильным, что давило на легкие и начинало душить. Мама наконец обратила внимание на меня: карие глаза, полные холодной решимости, которая заставляла меня по-настоящему нервничать, сверлили мою фигуру. Она крепко схватила меня за плечи, почти болезненно.
– Оливия, – начала она, ее голос был пронзительным, но тихим, – мне нужно, чтобы ты поняла, насколько важно это прослушивание.
Я нерешительно кивнула, пытаясь скрыть страх, который бурлил внутри меня. Я даже не знала, что она имела в виду. Она говорила о том, что я должна правильно произнести все слова? Я могла это сделать.
По крайней мере, думала, что могла.
– Я понимаю, мама, – прошептала я. Мне стало не по себе от того, как ее губы, уловив нервозность в моем голосе, отвращено скривились.
Она была красива, как кинозвезда, с уложенными волосами и в своем лучшем платье. Но взгляд всегда был злым, а рот – сжат в тонкую линию, как будто она вечно сдерживала себя от высказываний. Я хотела бы, чтобы она когда-нибудь улыбнулась мне. Ее пальцы впились в мои руки, и она наклонилась ближе, голос стал еще холоднее."
"– У тебя талант, Оливия, и я сделала все, чтобы ты могла сейчас стоять здесь.