Чертовски знаменита

– Полагаю, вы и по теннису спец?

– Испытайте меня, – улыбнулся он. – Я обожаю соревноваться.

– Я тоже.

Катерин ощущала удивительную легкость в голове под действием коктейлей и Жан-Клода; она было отошла за сигаретой, но он предложил ей свой портсигар, и она снова заметила надпись: «Схожу от тебя с ума».

– Хотите знать, кто мне его подарил? – спросил он. Она улыбнулась и отрицательно покачала головой.

– Лучше не надо."

"У Катерин хватало ума никогда не спрашивать у мужчин об их прошлой любовной жизни.

Она не хотела знать имена, даты и события. Ревность – бесполезное чувство; важно только то, что происходит сейчас. Она не смогла сдержаться и не поднять руку к его лицу, когда он давал ей прикурить. Она чувствовала его мужской, терпкий, сильный, но чистый запах. Его недавно выбритая щека оказалась гладкой, и его зеленые глаза не отрываясь смотрели на нее. Он мягко взял из ее рук стакан и поставил на столик. Затем еще более мягко притянул ее к себе.

Все исчезло вдали – смех на соседних участках и звуки концерта Моцарта для кларнета, который Жан-Клод поставил на стереопроигрыватель.

Катерин слышала лишь стук своего сердца. Их губы встретились. Она целовалась сотни раз перед камерой, но сейчас все было иначе. Первое нежное прикосновение к любимому. Мягкое, ласковое, податливое, но полное страсти и чувственности, которые Катерин полностью была готова отдать ему. Она родилась, чтобы принадлежать ему. Скоро она будет его.

Он овладел ею на мягкой траве рядом с бассейном, там, где пальмовые листья защищали их от палящего солнца.

Катерин часто думала, что с сексуальной точки зрения она женщина простая. В отличие от своих подруг она не любила эротическую акробатику и все виды садомазохизма. Она верила в старомодные вещи – верную, настоящую любовь. Пока Жан-Клод изучал ее тело своим, дразнил и возбуждал ее губами и языком, она ощутила взрыв такой чувственности, что не смогла сдержать дрожь. Еще она ощутила всепоглощающую любовь.

Много лет она притворялась, что ей она не нужна, что она ее не хочет. Но теперь, в этот роскошный полдень в Палм-Спрингс, она поняла, что ошибалась. Вот так все и началось.

Эти два длинных, ленивых дня они были поглощены друг другом.

Для Катерин такая безумная страсть была внове. Она обнаружила, что природа щедро одарила его как мужчину и что он обожает заниматься любовью. Он не старался угодить Катерин, это получалось у него естественно, как дыхание.