У той же Лизы, вон, за сотню, – считаю нужным возразить я.
– Так она ботами накрутила. Там почти мертвый профиль. Да, Лиз?
Лиза в ответ поджимает губы:
– Ну, простите, как умеем, так и вертимся. Не у всех есть возможность снимать олигархов в естественной среде обитания.
Фото, где Воинова можно узнать, я никому не показывала. Так что Лиза говорит не о каком-то конкретном человеке, но я все равно напрягаюсь. И лишь сильней утверждаюсь в мысли, что за последнее время отношение ребят ко мне изменилось. Если раньше сокурсники в основном меня не замечали, то теперь я все чаще чувствую на себе их любопытные взгляды.
– Как будто без олигархов мало сюжетов, – вступается за меня Сергей.
Накрываю его руку своей и легонько сжимаю, давая понять, что не нуждаюсь в защитниках.
– Можно счет? Я уже пойду.
Если я что-то и поняла в этой жизни, так это то, что конфликтов стоит избегать – целее будешь.
– Да я заплачу.
– Не нужно. Сколько там с меня? Восемьсот?
Отсчитываю купюры и кладу на столик.
– Всем пока.
– А что так? Мы рожей не вышли? Или тебя папик заждался? – плюется ядом Лиза.
Подхватываю длинные ручки дорогущей кожаной сумки. Склоняю голову к плечу, в очередной раз поймав себя на том, что переняла еще одну фишку Воинова.
– Лиз, я в детском доме росла. Ты не знала? Так вот я там так прокачалась по части стойкости, что как бы ты ни старалась меня задеть, ничего у тебя не выйдет. Поэтому побереги яд. Хорошего дня, ребят.
Иду между столиков к выходу. Зря я вообще сюда потащилась. Не мое это… Я не вписываюсь. Нигде, никуда… Мы проживаем настолько разные жизни с моими одногодками, что нам просто не о чем разговаривать. Я не смогу понять их проблем, а они – моих. Наверное, просто стоит смириться с тем, что я другая.
– Миля! Миль, подожди!
Делаю глубокий вдох и оборачиваюсь к Сергею.
– Ну, ты чего выскочил?
– Да ну их! Дуры завистливые. Пойдем лучше погуляем. Смотри, какая красота.
И правда, красиво.