Удивительная незамутненность сознания, учитывая тот факт, что диссертацию я ей купил, как и теплое местечко на кафедре.
Плетусь в кухню. Включаю кофемашину. Просить домработницу нажать на пару кнопок – совсем уж какой-то зашквар. В два глотка выпиваю свой эспрессо. И набираю Виктора.
– Узнал что-нибудь про родственников потерпевшей?
Зачем-то называю девчонку так, хотя и запомнил ее имя. Уж очень оно редкое. И гораздо более подходящее чопорной старой деве, а не девятнадцатилетней девчонке в кедах и подстреленных джинсах.
– И даже съездил.
– Ну и?
– Давайте в офисе, Роберт Константиныч. В двух словах такое не расскажешь.
– Тогда подгребай пораньше, – кошусь на часы.
Из-за тумана на трассе сразу несколько аварий, поэтому дорога до офиса занимает гораздо больше времени, чем обычно. Ничего. Я уже давно привык к этому сумасшедшему трафику. Поэтому и с водителем езжу. Пока стоим в заторах – успеваю переделать кучу дел. Неосуществимый фокус для тех, кто водит сам.
В офисе полно работы. Шутка ли – наконец, с китайцами подписываем договор.
– Так че, Вить, ты как съездил? Нагнал таинственности.
Перебрал я, что ли? В теле такая легкость. И настроение на подъеме.
– Там семья алкашей, Роб. У девицы только мать, как я понимаю.
– Дела, – хмурюсь.
– И мерзко так они о ней отзывались. Даже повторять не хочу. Я ей пытаюсь объяснить, что девочка в реанимации, а она мне – «ну и пусть, вот и добегалась, а я ей говорила, говорила…».
– Что говорила?
– Да хер его знает, Роб.
– Ну и что мне с этим делать? – чешу в затылке.
– А что ты сделаешь? Вычухается – отправь ее в какой-нибудь санаторий для поправки здоровья. А нет… По ней особенно никто убиваться не станет. И, кстати, искать правды тоже никто не будет, – это уже с намеком."
"Ну, да. Я опасался, было дело, что родня может поднять шум. Но почему-то теперь, когда стало понятно, что мои опасения были напрасными, спокойней не становится. Скорее напротив. Черте что.