Хорошо, что Николай Михайлович и Ника умерли до того, как все случилось. Они очень любили Володю. А тот… Понимаю, раз детективы заинтересовались моим племянником, значит, он совершил очередную гадость. Расскажу вам, что знаю. Придется вернуться во времена давно ушедших лет. Я младше Ники, мы родные сестры, но характеры у нас совершенно разные. Веронику всегда тянуло к знаменитым и богатым. Она считала, что деньги не пахнут. Мама постоянно сердилась на Нику, ставила ей меня в пример, говорила:"
"– Не хочешь учиться, с двойки на тройку перебиваешься, посмотри на Айседору, у нее одни пятерки в дневнике.
Я никогда не вела себя подло, мечтала подружиться с Вероникой, пыталась к ней подлизаться, но она отвергала все мои попытки, шипела: «Мамашкина любимица». Она не желала видеть, что мне достается больше оплеух и ругани, чем ей. Мама мечтала стать балериной, но ее жизнь сложилась иначе. Когда на свет появилась старшая дочь, мать поняла: из Вероники не получится звезда Большого театра, она коренастая, с короткими ногами и полным отсутствием слуха.
– В честь Айседоры Дункан, американской балерины-босоножки, – ответил я, – жены поэта Сергея Есенина. Она была знаменита в десятых-двадцатых годах прошлого века. Ее имя навсегда вписано в историю мирового балета.
– Совершенно верно, – кивнула посетительница, – но отнюдь не все так хорошо осведомлены. Каждый раз, когда требовалось заполнить анкету, а ранее в них был пункт «Национальность», я постоянно слышала вопрос:
– Не ошиблись? Вы русская? Не еврейка?
Несколько раз антисемитизм кадровиков подпортил мне жизнь.
– Таким именем девочку из приличной семьи не назовут!
Не объяснять же солдафону, что моя мать вознамерилась сделать меня Айседорой Дункан за номером два. Но потерпела неудачу, меня не приняли в балетное училище. Мамаша рассвирепела, почти перестала меня кормить, потому что я толстая свинья, наняла репетитора по танцам.