Чудесный сад жены-попаданки

— Кто за вами гонится? Солдаты? Обопритесь на плечо.

Безликий заскрипел зубами. Однако ему было до такой степени несладко, что всё‑таки обхватил меня за шею, и общими усилиями мы встали на ноги.

Впрочем, он немедленно попытался меня оттолкнуть:

— Уходите!

Это было разумно. Точно так же, как было разумно не лезть одной в подземный ход, или сбежать в замок, услышав первый выстрел, или не приближаться к упавшему незнакомцу.

А с другой стороны…

Он отпустил нас в лесу. Он не стал нападать на Гилби, хотя наверняка знал, что тот везёт деньги.

Он казнил Грира: да, негуманный поступок, но, будем откровенны, справедливый."

"И всё это вопреки его же желанию стать владельцем Колдшира.

— Лорд Эйнсли, вы не в том положении, чтобы командовать, — жёстко сообщила я, и Безликий подавился воздухом. — Если хотите жить, идите со мной.

И как санитарка времён Великой Отечественной, поволокла его к лачуге.

Провал лаза по-прежнему был открыт, и оттуда пробивалось слабое сияние позабытой мною свечи.

— Сможете сами спуститься? — уточнила я у раненого, и тот дёргано кивнул.

«Тоже, небось, из суперменов», — пронеслось в голове. Но на помощь ему у меня элементарно не было времени: требовалось успеть замести следы нашего бегства. И потому я оставила Эйнсли и бросилась обратно к дверному проёму. Осторожно выглянула: на горизонте пока было чисто. Тогда я цапнула удачно попавшуюся на глаза старую метлу (не исключая, конечно, что она рассыпется от первого же взмаха) и выскочила наружу.

Несмотря на возраст, метла не подвела.

То и дело оглядываясь, я уничтожила отпечатки наших ног и только спряталась в спасительное укрытие, как на гребне дальней дюны нарисовался силуэт всадника.

«Упс. Валим, валим, валим!»

Однако прежде надо было замести следы и в лачуге тоже: несмотря на тусклое освещение, на скопившемся за годы слое пыли их не увидел бы только слепой. И я принялась махать метлой, как молитву, повторяя про себя: «Только бы успеть, только бы успеть, только бы успеть!»

Успела. Пихнула метлу в угол, выглянула в окошко: едут — человек десять.

И как лиса в нору, нырнула в потайной лаз. Закрыла люк, ссыпалась по ступенькам к Эйнсли и, шёпотом приказав:

— А теперь тихо! — задула свечу, которую тот держал в руках.

И подземелье погрузилось во мрак.

Глава 57

Тихо. Так тихо, что собственное дыхание кажется чересчур громким. Но вот как будто глухой топот: копыта?

«Конечно же, они должны осмотреть лачугу, даже если не заметили ничего подозрительного. Просто на всякий случай».