– Что-то ты не очень любезна!
– Зато я очень подозрительна, – огрызнулась в ответ и демонстративно скривила личико, подхватывая двумя пальцами мокрое полотенце.
Я, не глядя, бросил его на полированную поверхность стола, и это ей сильно не понравилось.
– Я всегда встречаю с недоверием все неожиданное, – Саша прошла в кухонную зону, повесила сырую ткань сушиться и обернулась ко мне. – Итак, чего ты хочешь, и зачем приехал?
Ух, боевая какая!
Скрыл улыбку и вежливо ответил.
– В данный момент я хочу чаю, – а что? Не соврал же.
И это чистая правда."
"Соскучился до невозможности, да и переживания за нее не оставляли ни на секунду, разъедая внутренности.
– Но почему, почему, почему? – запальчиво выкрикнула, притопнув ножкой.
Я же еле сдержался, чтобы не сгрести ее в объятия и не зацеловать так, чтобы нежно-розовые сладкие губы обязательно стали ярко-алыми.
– Какое тебе до меня дело, Демид?! Я приехала сюда работать и еще немного отдохнуть. А у тебя своя жизнь, в которой ты слишком занят, чтобы гоняться за мной.
– Процесс окончен, – прервал ее спокойно.
– И что? – тут же переключилась на мою работу.
В глазах блеснул интерес.
– Виновен. Приговор будет объявлен на следующей неделе. Или ты ожидала, что я проиграю? – подначил просто так.
Хотя точно знал, что Александра безоговорочно в меня верит. Как бы не ругались, как бы она не обижалась, но эта ее слепая вера в меня буквально окрыляла и взращивала стремление быть еще лучше.
Вот и сейчас подтвердила. Без лести, как факт.
– Ты никогда не проигрываешь. Ты безупречен.
– Может быть, считаешь меня слишком дотошным и въедливым? – попытался найти хоть что-то, чтобы ей бы не понравилось.
– Я считаю тебя непобедимым и всемогущим, – не задумываясь, бросила она и резко сменила тему. – Но ты не ответил на мой вопрос: почему ты здесь?
– Я жутко устал, Саш. Мне нужна небольшая передышка, а места, лучше этого, невозможно представить.
– Шутишь? – взвилась принцесса, гневно сверкая голубыми океанами.
– Она там прячется, – поправил злючку. – Так что не вариант. И за мной туда, наверняка, потащилась бы пресса.
– Ах, какое благородство! – Саньку даже перекосило от гнева и, надеюсь, от ревности тоже. – А как насчет того, что пресса притащится сюда? Ко мне?
– Что касается тебя, то я был очень и очень осторожен.