Никто вообще не знает, где я, – произнес серьезно и тут же поспешил уточнить. – А кому известно, где ты?
– Твоим родителям и Артему, – нахмурилась Александра, остывая и приходя в себя. – И Рублеву, конечно.
– И Рублеву, конечно, – передразнил, не сумев удержаться.
А сам во все глаза ею любовался.
Красавица моя! Ершистая, маленькая, взбалмошная. Настоящая чума, но одна единственная на свете, о ком думаю, засыпая и просыпаясь. И то, что Темыч при ней про каких-то левых баб ляпнул, думал, прибью засранца.
– Я тебе уже СТО РАЗ говорила, – воспользовалась паузой принцесса, гордо вздернув носик. – Олег Николаевич женат, и он мой начальник!
– К тому же он глуп и очень охотно делится информацией, – дополнил характеристику неприятного типа. – Засунул тебя в этот дом в непонятной глухомани, потому что это знатно экономит его статью расходов, не то что номер в хорошем отеле, и сидит, довольно потирает потные ладошки.
То, что угадал с предположением, понял по ее лицу. Но когда бы эта вредина сразу со мной соглашалась?
Нет, моментально ушла в оборону:
– Мне хотелось покоя и тишины, и, пока ты не появился, я ими наслаждалась!
– Сань, завари чай, пожалуйста, и давай мириться, – сменил тему, тяжело вздохнув. Накалять и дальше обстановку – желания не было.
Санька тут же согласилась, не скрывая улыбку, и поспешила в сторону кухонной зоны.
– Когда ты поедешь обратно? – спросила она между делом, скосив глаза к окну, за которым уже начинало темнеть.
– Завтра, – пожал плечами и опустился на кушетку, устало потянувшись. – Мне тоже не помешает отдохнуть.
Процесс вымотал неимоверно. Больше трех месяцев я буквально жил в суде, появляясь дома к ночи, чтобы поспать несколько часов, и вновь мчался в офис, чтобы проверять и перепроверять документы.
– А где ты остановился? – вкрадчиво задала следующий вопрос моя кудряшка.
Увидев замешательство в чистых, как небо, глазах, не сдержал довольной усмешки:
– Здесь, у тебя, где же еще?
– Ты.
– Временно, принцесса. Но я об этом не забыл, поверь, – произнес спокойно. – Буду спать тут, на этом диване.
– Смеешься? Да он же невозможно узкий, к тому же не разбирается, да и короткий для тебя.
– Не волнуйся. Я все продумал.