Ленты к русскому пулемету идут по двести пятьдесят — значит, у него было две тысячи патронов в лентах, этого хватало, чтобы выдержать серьезный бой. Еще три коробки содержали в себе короткие ленты по сто патронов и то, что в пулемете — две тысячи четыреста патронов. Гранатомета не было, другого оружия тоже не было — но он нашел два самодельных фугаса из ста пятидесяти пяти миллиметровых снарядов. Фугасы были с проводами и подрывными машинками и указывали на то, что машина принадлежала банде грабителей конвоев.
Снайпер решил попытаться заклепать радиатор, чтобы уйти на машине…
Одну дыру, наиболее опасную — он уже почти закончил, когда заметил направляющиеся в его сторону со стороны реки хвосты пыли. Все-таки у ублюдков была рация…"
"Они вышли наперерез преследователям. Большая, трехосная грузовая машина уходила строго на запад, а рядом с ней — неслись два пикапа и внедорожник. До них была миля, расстояние сокращалось. Судя по черному флагу над внедорожником — что-то серьезное.
Сосед включил рацию, благо частоту искать не пришлось — рации были у боевиков и они заранее были настроены на нужную частоту обмена…
— Шамиль! Шамиль! Атту адьор тьеддаха![153]
— Цъе! Цъе![154]
— Машина сацо! Машина сацо! Туши машина, а![155]
— Машина тьеддаха! Ши машина тьеддаха![156]
— Со Абдалла! Абдалла тьеддаха!
Для Соседа — все было понятно…
— Готовность! Движущиеся цели слева! Три цели, движущиеся! Легковые автомобили уничтожить! По грузовику не стрелять!
Пятьдесят миль в час машина уже не держала, двигатель в любой момент мог выйти из строя, стрелка температуры на красной линии.
Краем глаза, он увидел машины слева. Ну, вот и все — эти выйдут наперерез.
Последний шанс.