— Не, я тебе в этом сраном деле не помощник, — Тимак сунул руки в карманы и демонстративно сплюнул.
— Погоди, Данатар, — сказал я, ощупывая на мертвеце одежду. — Не торопись.
— Ага, не торопись. Сейчас кто-нибудь из взрослых сюда явится, и прощай мой перстень. Камень видел? Натуральный рубин! Зараза, палец распух от воды, так не снять. Сейчас я его… — Данатар вскочил на ноги и заметался по берегу, что-то выискивая.
Под халатом на мертвеце оказалось что-то вроде безрукавки, сшитой из плотной шерстяной ткани серого цвета и надетой поверх рубахи.
— То, что надо! — воскликнул Данатар и бросил на песок рядом с утопленником два камня. Один плоский и широкий, другой продолговатый. После чего вытащил из кармана перочинный нож, раскрыл лезвие.
Я открыл карман мертвеца и вытащил наружу паспорт тёмно-синего (или тёмно-серого, как посмотреть) цвета. На нём так и было начертано крупно белыми буквами: PASSPORT.
"— Юнайтед Стейтс оф Америка, — прочёл я вслух. — Американец. Эй, Данатар, ты собрался мёртвому штатовцу палец оттяпать? Я бы не советовал. Могут быть большие проблемы.
— Штатовцу? — Жека убрал нож от пальца.
— Ага, глянь, — я раскрыл паспорт.
С чёрно-белого фото на нас смотрел человек, в котором вполне можно было узнать нашего утопленника.
Билли и Тимак подошли ближе. Ещё бы. Не каждый день вылавливаешь из советской реки мёртвого американца!
— Джеймс Хайт, — прочёл Тимак через моё плечо.
— Да какая, на хрен, разница, — выругался в сердцах Данатар. — Старый — не старый… Плакал мой мопед.
— Какой мопед? — не понял Билли.
— Теперь уже никакой, — Жека сложил нож, убрал в карман, выпрямился. — Что делать будем, Гуня? Может, посмотрим, что в «дипломате»? Пошарим по карманам, где-то же у него ключ должен быть.
— Оно, конечно, интересно, — сказал я. — Наверное.
— Давай лучше моему, — предложил Тимак. — Это дело явно погранцов, а не армейцев. Тем более танкистов.
— Наверное, ты прав, — согласился я. — Давай. Только я с тобой. На всякий случай. Данатар, ты и Билли сидите здесь, караульте. Данатар за старшего. Смотри, чтобы… ну, ты понял. Мы быстро.