— Это ленивый Брук, что ли? Для него стараешься? Н-да, этот настроит! — это голос Шона, и столько недоумения было в этом голосе, что я решилась выглянуть и посмотреть.
Около строящейся мастерской стоял несколько растерянный Коллин в полном обмундировании, а перед ним, всем своим видом выражая презрение, подпрыгивал от нетерпения мальчишка со странным прозвищем Пинок. Видимо, это была самая яркая черта его характера. Он легко велся на любые провокации, грубо говоря, куда пнут, туда и летит. От своего рабочего места отошел Шон.
— Так, Пинок, ноги в руки, и чтоб вся заготовка до досочки была здесь. Скажи Бруку, чтоб вернул все. Быстро. — Самым серьёзным голосом Шон даёт установку к действиям, разворачивая мальчишку в нужном направлении. — Давай пошустрее, работа ведь стоит!
— А если нет, то что? — Пинок не желал упускать забаву. Ведь это так весело, покуражиться над взрослым парнем.
— А если нет, увидишь за ужином. Спать тебе голодным.
— Чё это ты за предателя заступаешься, сам же с ним царапаешься все время! — похоже, Пинок не умел останавливаться или Брука боялся больше, чем Шона."
"— А потому заступаюсь, что я не хочу стать таким же, как ты и Брук. Я исподтишка не гажу, и смотреть со стороны не буду на ваши подлости. Я буду побеждать честно. Иди к Бруку, если заготовок сейчас не будет…
— Если заготовок сейчас не будет, — покинув укрытие холодно произнес мастер Гевин, останавливая склоку и не позволяя Шону наговорить глупостей, — то ты, Пинок, будешь неделю убирать туалеты не только в доме, но и у строителей, а Брук станет вечным дежурным в свинарнике и коровнике.
Мы все наблюдали, как мелкий задира дал деру в сторону дома.
— Молодец парень, хорошо сказал, я доволен, — Гевин переключил своё внимание на Димку-Шона.
Шон смущенно заалел от похвалы, кивнул и двинулся в сторону своего рабочего места.
— Спасибо, — прилетело ему в спину от Коллина.
Шон притормозил, обернулся и тихо ответил:
— Не за что, ты хорошо работаешь.
Я тут же поймала взгляд сына, показала ему большой палец и кивнула в сторону второго этажа. Последнюю неделю Димка по вечерам пробирался ко мне в комнату и засиживался там допоздна. Тогда мы болтали, а иногда даже просто молча работали сидя за одним столом.