"
"— Идем в сад, присоединимся к остальным. Мы должны успокаивать себя тем, что делаем все, от нас зависящее. Положись же на благосклонность провидения! — заявила Розамунда.
— Только это мне теперь и остается, — вздохнула Филлис и последовала за подругой.
Тем же вечером в ее спальню явилась миссис Найт. Филлис сразу заметила, что мать пребывает в крайнем раздражении, и верно определила его причину.
— Со мной говорила Кэролайн. Ей кажется, что ты завладела вниманием мистера Баррита и он уже не так пылко влюблен в ее дочь, как в первые дни своего визита.
— Я никогда не замечала, что он пылко влюблен, — возразила Филлис, стараясь держаться спокойно и ни в коем случае не признавать себя виновной ни в чем. — Тетушка Кэролайн могла бы заметить, что я всего лишь приветлива с ним, и мы ведь уже говорили об этом, матушка.
— Да-да, я помню, дорогая, ты не хотела затмевать Имоджин и вела себя, как едва вышедшая из монастыря школьница, но тебе трудно скрывать свой характер, а твою ослепительную внешность и вовсе нельзя спрятать от джентльменов, если только они не слепы.
— Но что я могу поделать? Разве только мы поедем домой… — Филлис прекрасно знала, что до появления сэра Ризинга ее мать ни за что на это не согласится.
— Только этого нам и не хватало! Мы не пропустим бал у Грейстоунов, ты ведь знаешь, твой отец потратился на нашу поездку на континент и не хочет устраивать большой летний бал! А я так мечтала, чтобы о твоей помолвке объявили при как можно большем количестве гостей! Так что мы останемся здесь, и, признаться, я даже не возражаю против того, чтобы Баррит немного заинтересовался тобой.
Филлис удовлетворенно улыбнулась — все шло именно так, как она надеялась.
Довольные друг другом, мать и дочь расстались.