Видно, девушка очень напугалась, избавлял ее от недуга до самого утра. Хорошо, что шторм еще не утих, и до слуха команды не долетали наши сладострастные крики.
Утром, при дневном свете рассмотрел спящую девушку. Лицо очень симпатичное – казалось, его вылепил искусный скульптор, нелишенный таланта воспевать красоту женщин. Я нагло любовался ее длинными, стройными ногами и плоским животом. Длинные тонкие икры плавно переходили в округлые коленки. Довольно крепкие бедра. Тонкая талия, сродни осиной. Поэтому у меня сразу же возникли вопросы.
Еще двое суток бушевал шторм. Он то усиливался, то ослабевал. Лишь на третьи сутки мы вышли на спокойную воду.
По обоюдному согласию наши отношения с Аньезе в дневное время решили держать в тайне, демонстрируя прежнюю холодность, чтобы не вызывать у команды и капитана разных ненужных мыслей.
"Часто меняя лошадей в легкой и удобной повозке, за четыре дня добрались до асьенды дяди Франца. О, какая это была встреча! От количества объятий начали болеть плечи, сестры в объятиях проявили особое рвение.
Передал Францу привет от фрау Гертруды Леманн, чем сильно удивил дядю. Он думал, что она за прошлое на него обиделась. Затем я официально представил постоянного представителя торгового дома Колетти – Аньезе Росси. Вначале дядя не понял, зачем ему в асьенде какая-то женщина, но когда я ему растолковал весь смысл будущих торговых отношений, присутствию Росси даже обрадовался.
На следующий день понятия дня и ночи перестали существовать. Все занимались подготовкой груза для «Генуи». Франц – молодец, отправил Курта к старосте немецкой общины, который бросил клич среди соплеменников. Буквально к вечеру в асьенду дяди начали свозить первоклассную говядину и свинину холодного копчения.