Думаю, тебе не захочется получить иголки в стуле или плевок в кофе, а так же видеть моего брата в сожжённых и мятых рубашках.
— Нет…"
"Сидорова тут же ощутила во рту странный вкус пока не поданного ей напитка. А представив, как непредсказуемая в своих поступках блондинка прижимает раскалённый утюг к спине директора, по непонятной причине решив погладить сорочку прямо на нём, внутренне сжалась от ужаса. Громкий вскрик корчащегося от боли рыжика рвал душу впечатлительной девы.
Биологичка встряхнула головой, прогоняя страшное видение. Конечно, Иванов был виноват, но месть он должен принять только из её, а никак не чужих рук.
Она, чуть не всхлипнув, прошептала:
— И Льва очень жалко.
— Значит, звони врачу, переноси консультацию на следующую неделю. В среду отмечаем с широким размахом любимый праздник всех женщин мира — Восьмое марта! Тане передали с родины сало и горилку. Мы обязаны всё это попробовать.
— Ты уверена, что я приглашена? Неужели украинке не обойтись без моего участия? — предприняла последнюю попытку отказаться от пьянки, а следовательно, от её неизбежных последствий, Наташа.
— Естественно! Ты же «Гринпис»? — гипнотизировала Иванова совесть учителя биологии.
— Конечно. Но…
— Никаких «но». Не будь эгоисткой, выкажи свою поддержку! Её стране и так несладко в условиях всемирного то потепления, то похолодания и бесконечных революций. Постоянное повышение тарифов ЖКХ, растущие цены на газ, горячую воду и отопление.
— Ягнёнок в пасти льва, — обречённо прошептала Наталья, не понимая, каким образом её головная боль от похмелья спасёт миллионы замерзающих украинцев.
— Не дрейфь! — рокерша толкнула золочёной краски дверь дамской комнаты, пропуская подругу вперёд.
— Обещаю, хищницами в этот день будем мы. Кроме того, я всегда рядом, — подмигнула она побледневшей учительнице и с восхищением произнесла, решив подсластить вынужденную пилюлю: — Выглядишь ты сегодня умопомрачительно! Представляю, как многим сейчас крышу сносит от твоего внешнего вида — кому от похоти, кому от зависти.
Сидорова знала наверняка, что помрачён её ум, но похвала была приятной.