— Подавятся! Ничего, — приободрила будущую невестку младшая Иванова, — скоро научишься правильно реагировать на агрессию сексозабоченных и умело ставить любого обидчика на место. Опыт приходит с годами.
Последняя фраза Илоны совсем не устраивала биологичку. Она прикоснулась к животу, снова представив себя в Африке и никак не желая оказаться на месте изгнанной из прайда львицы, с тоской во взгляде провожающей подросшее потомство.
— Хотелось бы побыстрее. Молодость так стремительно пролетает…
— Тебе ли говорить об этом? — рассмеялась байкерша.
— Если юную ассоциировать с наивной то — да, а грудь может обвиснуть после родов…
— Каких «родов»? — изобразила недоумение Иванова.
— Как «каких»? Я же рассказывала про ночь с твоим братом. А вдруг и вправду беременна?
Илона загадочно улыбнулась, удерживаясь от желания потереть руки: данное заблуждение Сидоровой было огромной удачей. Что может сделать женщину более решительной в завоевании мужчины, если не древнее как мир желание обеспечить потомство отцом?
— Ты кому-нибудь уже говорила об этом? — поинтересовалась она с тайной надеждой, что нет, и была несколько озадачена ответом:
— Да.
— Хорошенькая фамилия, так сказать, в тему. И на какой день?
— Вот только про фамилию не надо! — умоляюще попросила потомок художника. Несколько раз за день представившая Лену по локоть забравшейся во влажный тоннель к кладовой яйцеклеток.
— Так-так, хорошо, — пробормотала Иванова, уже прокручивая в голове возможные последствия открывающейся учительнице правды. И мгновенно приняла единственно верное решение по оттягиванию дня икс. — Боюсь, в среду ты будешь занята.
— Да? — удивилась Наташа, пытаясь найти причину не сорвать свои планы.
— Да. И тут не может быть никаких отмазок, — словно читала мысли биологички Иванова, — если не желаешь нажить врага в лице Тани.
Наталья икнула, вспомнив тяжёлый взгляд крепкогрудой сильной духом украинской красавицы.
— Не хотелось бы… — неуверенно возражала она.
— А я о чём? Подумай, что будет происходить в нашем доме, если откажешься. Надеюсь, ты не забыла, что Таня не только моя, а теперь и твоя подруга, но ещё и наша горничная.