Каллор шагнул в темноту, Нимандр с Клещиком – за ним.
Воздух в помещении был ледяной, а камни на двух стенах покрывал иней с янтарными прожилками. Вместо двух других стен вздымались черные, переливающиеся барьеры из неведомого вещества; если задержаться на них взглядом, начинала кружиться голова. Нимандр чуть не упал, но его вовремя подхватил Клещик.
– Не обращай внимания на лед, брат.
Лед? Ну да, конечно, всего лишь лед. Поразительно прозрачный…
У небольшого очага, сгорбившись, сидел некто; длинными пальцами он подвешивал закопченный чайник на крюк над углями.
– Боюсь, все печенье я съел, – звучал из-под объемистого капюшона бесстрастный голос. – Гости у меня бывают редко. Мало кто проявляет интерес к башне. Даже моим садом полюбоваться не подходят.
– Твоим садом? – переспросил Клещик.
– Да. Понимаю, он маленький, скромный даже, но все-таки.
– Там всего лишь горшок с парой цветов.
– В самый раз. Легко ухаживать. Будь он крупнее, прополка свела бы меня с ума.
– Небось занимала бы все твое время, – заметил Каллор, осматриваясь.
– Именно так.
Кроватью яггуту служил продолговатый каменный алтарь, на котором были аккуратно сложены куски выцветшего меха. Рядом стоял деревянный стол в черных пятнах, стул с высокой спинкой в обивке из оленьей кожи. В уцелевшей стене была ниша, где располагался приземистый трехногий серебряный подсвечник, черный от времени. Огоньки свечей из пчелиного воска пьяно подергивались. К алтарю был прислонен огромный двуручный меч, перекладина рукояти длиной с детскую руку.
– Тебе известно мое имя, – сказал Каллор, – но сам ты так и не представился.
– Это верно.
– Я бы хотел знать, как зовут моего хозяина. – В голосе Каллора прорезались угрожающие нотки.
– Когда-то давным-давно передо мной явился бог-волк. Скажи, Каллор, ты понимаешь природу богов-зверей? Конечно же нет. Ты сам как зверь, и это сравнение оскорбительно по отношению к зверям. Почему так вышло, что все до единого божества древности были зверями?
– Этот вопрос меня не интересует, яггут.
– А ответ на него?
– Он у тебя есть?
Яггут снял чайник с крюка, и его ладони окутал пар.
– Пусть немного настоится. Можно ли считать мою склонность уходить от прямых ответов необычной? Или это качество всех яггутов? Едва ли. Знание, может, и бесплатно, а вот мой голос – нет. Увы, я ужасный скряга, хотя и не всегда таким был.
– Поскольку эта тема меня мало волнует, – сказал Каллор, – я торговаться с тобой не стану.
– Хорошо.