Дар

Стыдитесь, грозная Белая Смерть, вам ли терять связь с реальностью и плавиться от одного взгляда этих серых омутов? Да, дух Тырге мне в печень, именно мне и таять, чувствуя как в душе исчезают островки тьмы. И никому другому! А то эту самую печень кому-то и вырву. И сожру…

— Э-э-й, вернись ко мне! — она засмеялась. — Мы ещё не знаем, против кого там твой активный братец воевать собрался, а у тебя на лице такая гримаса, что боюсь, первыми падут окружающие из числа своих, просто имея неосторожность попасться на пути ужасному тебе.

— Наговариваете на меня, солнечная, прям обидно! Я ведь очень мирный и рассудительный, если не трогать то, что мне дорого!

— Даже жаль тех глупцов, что посмеют хотя бы задуматься об этом. На их месте, я бы тихо удавилась, чтобы меньше мучиться. Видел бы ты себя… — хмыкнула Илия.

Я подъехал вплотную и поймав ее руку поцеловал кончики пальцев.

— Тебе точно меня бояться не стоит. Только не тебе!"

"Ночная Исса встретила нас запахом свежей молодой листвы, мощеными улицами, чистыми и хорошо освещенными.

Варды гордились ухоженностью и порядком в собственной столице, чем далеко не всегда могли похвастаться города других стран. Да и в Иссолии не везде было так, хотя и уровень жизни в королевстве оборотней был однозначно выше, чем в в других землях Срединного континента. Дома из камня крытые железом с флюгерами примостившимися на коньках и шпилях крыш в виде рун-оберегов, или изображающими животных. Кованные решетки ворот и оград, а также изящные балкончики с которых девицы и просто скучающие хозяйки так любят глазеть на проезжающих мимо в светлое время суток. Тепло весенних дней уже позволило желающим украсить свои жилища выставив вазоны и кашпо с цветами, а где-то фронтоны и окна были увиты диким велеем — этот вечнозеленый вьющийся хвойник рос только в горах и не переносил никакого другого климата. Мягкая хвоя на крепких лианах ещё и замечательно пахла, наполняя дома ароматом свежести, а созревающие к зиме маленькие шишечки привлекали десятки птиц, желающих полакомиться семенами.

Я буквально впитывал запахи родного города, осознавая как же все таки скучал по родным краям. Ведь не видел Иссолии уже почти год, мотаясь по гарнизонам. Потеря Зверя не способствовала моему желанию появляться в столице, где я хоть и держал лицо, но чувствовал себя неуютно. Сейчас же, как ни странно, особого восторга не испытывал ни от собственной силы, ни от непременно вернувшегося влияния в глазах знати. Наверное, уже давно все отболело и я стал другим.