Конечно, когда начнётся сбор мёда, ему понадобится помощь сестёр, но не сейчас.
Лани начала проситься на горшок правы были девочки, это случилось очень быстро, и говорила всё больше, иногда даже по два слова сразу: «Дай моёка», «Хотю пьяник!», «Мама, наутьки!». И я давала ей молока, пряник или брала на ручки. Мне всё сложнее было вспоминать, что это на самом деле не мой ребёнок, потому что это была моя девочка, моя и Фолинора, который тоже таял, слыша от неё «папа».
Семейная жизнь оказалась такой чудесной, что я порой щипала себя, чтобы убедиться я не сплю, всё это происходит на самом деле, Фолинор мой муж, и он меня любит.
Мой муж остался и моим учителем тоже. Уроки по вечерам никуда не делись. Уложив малышку, я решала задачи и писала под диктовку, с каждым днём задачи становились всё сложнее, а диктанты длиннее. Я узнавала о том, что происходило раньше не только в нашей стране, но и в других странах, как устроены предметы и человек, что у него внутри.
Как-то Фолинор обмолвился, что когда Диэглейр женится и перевезёт свою новую семью в соседнюю пещеру, то он сможет учить и детей Базилды тоже.
А потом у нас были другие уроки. Каждый раз муж доставлял мне невероятное удовольствие, и я, обессиленная и счастливая, засыпала в его объятиях, благодаря всех богов за то, что они подарили мне это золотое чудо.
А потом случилось непоправимое
ГЛАВА 29. БЕЗУМЕЦ
3 сентября, день семьдесят третий
В тот день всё шло как обычно. Драконы улетели разбирать кладовые, а мы остались в пещере вчетвером я, Лани, Луччи и Бекилор. Фолинор настаивал, чтобы дома всегда был кто-то, имеющий крылья, и Бекилор чаще других оставался с нами. Его магией была вода, а не воздух, поэтому при освобождении кладовых он мог использовать только обычную силу завязывать и носить мешки.
Поэтому и сегодня старый дракон остался с нами, и сейчас, пока я готовила обед, читал Лани сказку. Луччи вышивала эта работа была по силам её крошечным пальчикам.