Нет уж, не знаю, что именно было сказано Данертом дяде, тот явно решил перевернуть все с ног на голову.
— Доброе утро, миледи. — Тихо произнёс Анлунирон и даже склонил голову, но вот ярость и злость скрыть не сумел.
Вот ведь оладушек! Принц, ну что ты за человек-то такой? Куда так поторопился и на кой ляд все испортил?
Убедившись, что нас действительно оставили наедине, я шепотом обратилась к Анлунирону.
— Вы же способны сделать так, чтобы нас никто не смог подслушать?
— Конечно, миледи, — ответил Анлунирон так, что жалеть его мне расхотелось напрочь.
Посмотри-ка, нашел он девочку для битья.
Если он сейчас еще и вальяжно развалится на стуле или попробует взять нить разговора в свои руки, то я за него радеть больше точно не стану, буду приказывать как слуге. Все равно не выполнить приказания он не сможет.
Но дядюшка меня не разочаровал. Видимо, что-то уловил и в моей изменившейся позе, и в потяжелевшем, оценивающем взгляде.
— Я не буду ходить вокруг да около и буду говорить прямо. То, что вы сделали, я не простила. И не уверена, что когда-нибудь смогу как-то вас понять. Но мне нужны ваши способности, чтобы защитить детей. В вашу дружбу с мужем, если она еще осталась, я лезть не собираюсь, но и не подчинения моим приказам, не допущу. Однако, меня совершенно не устраивает один момент.
— Какой же, миледи?
— Ваше поведение, дядюшка. Вас не лишили титула и земель, вы по-прежнему лорд Анлунирон тар Блэкиарат, так и ведите себя со слугами соответствующе.
Я с удовольствием наблюдала за тем, как меняется выражение лица Анлунирона с горделивого, даже немного надменного, в обескураженное и шокированное.
— Это очень щедрое предложение, миледи, однако…
— Говорите, дядя, я вас внимательно слушаю.
— Приказ его высочества был предельно ясен — стать вашей тенью, слугой, кем угодно… Я полностью в вашем распоряжении и…
— Вот именно, — перебила его я. — А значит, мне решать то, как вы должны себя вести со всеми остальными.