Его, полный восхищения и любви, и мой… наверно, полный надежды. Надежды на то, что Данерт сумеет меня простить, когда узнает всю правду о том, как я оказалась в этом мире. Потому что я вдруг поняла страшную вещь — я влюбилась. Могла бы и сразу догадаться, когда в первый раз оказалась с ним в кровати. Я все же хорошо воспитана и даже учитывая, что принц был моим мужем, не заставил бы меня исполнять супружеские обязанности. Просто я не сразу поняла, что между нами была не просто химия, а проскочила самая настоящая искорка любви.
— Ваше высочество, вы позволите осмотреть миледи?
Орте Сигуран появился вовремя. Однозначно. Правда был хмур… но для меня нашел ласковую улыбку. Его недовольство явно относилось к Данерту.
— Что случилось, — тут же напряглась я. — Орте Сигуран, Данерт?
Муж нахмурился пуще прежнего, а старичок зыркнул на принца и ухватился за мою кисть.
Я не мешала знакомому, даже привычному процессу. К тому же, недофей мысленно мне объяснял, что же произошло.
"— Сабина, тебе совершенно не о чем волноваться. Понимаешь после того, как мы перенесли тебя и принцесс во дворец, я решил, что необходимо провести подобный ритуал-омовение и с остальными моими детьми.
— И? Все вполне логично, — подбодрила его. — Правильное решение.
— Правильно то правильное, — вдруг заявил Сигуран, — да ни одну из матерей божественные посланники не пропустили за ворота. И я считаю, что вам, миледи, необходимо закончить начатое.
— А я против! И уже высказался по этому поводу, Сигуран. Помолчи, пожалуйста, и не расстраивай мою жену. Мы попробуем снова, завтра, возможно, волшебной воде требуется собрать магическую энергию или…
— Нет. Орте Сигуран прав.
— Что? Сабина, прости меня за эти слова, но ты говорила, что искупать в озере ребёнка должна мать. Я не хочу тебя обидеть, но если в случае с Адианой, Аленсией и Аэлирой это было попросту невозможно, то у остальных матери живы.
— И тем не менее, они не подходят. Потому что они не беременны. Данерт, я являюсь проводником твоей энергии. Ты разве не видел фиолетового луча? Он шел от твоей груди к моей, а от меня уже к девочкам. Словно бы пуповина, пуповина жизни.