Дело о дневнике загорающей

– Не понимаю, – задумчиво проговорил Мейсон, – зачем Сэккиту, после того как он узнал, что у нас есть фотографии, уничтожать этот документ?

– Испугался, наверное, что ты ему всучишь повестку или арестуешь.

– Тем не менее ясно одно – эта бумажка гораздо важнее, чем мы предполагали. У меня просто руки чешутся ею заняться. Едемте!

Мейсон и Делла Стрит следом за Дрейком вошли в коммерческую фотостудию, где их с нетерпением поджидал знакомый Пола. Сначала Дрейк рассказал про камеру и как было дело.

– Вы с такими раньше работали? – спросил он.

– Да, приходилось. А что за пленка внутри?

– «Х-плюс», – сказал Дрейк. – Найлз говорил, что такую надо обрабатывать в полной темноте, и…

– Знаю, знаю, – перебил фотограф, – у меня есть для этого специальный бачок. – Он повертел фотоаппарат в руках. – Снято, говорите, всего четыре кадра?

– Да, – сказал Мейсон, – и все одно и то же – четыре снимка одного документа. И нам бы желательно увеличить их покрупнее.

– Как крупно вы хотите?

– А как вы можете?

– Понимаете, существует допустимый предел, после которого на пленке появляется «зерно».

Зернистость пленки так называемая. Однако посмотрим. Что именно было в документе?

– Несколько рядов цифр.

– Напечатаны на машинке, в типографии или написаны ручкой?

– Написаны ручкой.

– Разборчиво?

– Разборчивей не бывает! Почерк как у архитектора.

– Превосходно, – удовлетворенно констатировал фотограф. – Тогда можно будет сделать одиннадцать на четырнадцать, и снимок выйдет не хуже оригинала. Если, конечно, ваш коллега правильно навел резкость.

– О резкости не беспокойтесь, – заметил Дрейк, – пусть это вас не волнует.

– Замечательно. Но все равно, он должен был стоять как минимум в трех футах и…

– Он использовал дополнительную насадку к объективу.

– О, – фотограф с облегчением вздохнул, – в таком случае это будет раз плюнуть!

– Можно с вами в темную комнату?"

"– Зачем? В этом нет никакой необходимости. Вы можете только навредить. Все делается в абсолютной темноте, и вы ровным счетом ничего не увидите.

А бывает, что, стоя вот так рядом, люди начинают совать везде руки, нервничать, и не успеешь оглянуться, а он уже, сам того не сознавая, достал сигарету, чиркнул спичкой, и… но потом уже поздно. Начинаем эту сигарету тушить, идет дым – нет, вы лучше оставайтесь здесь.

Знакомый Дрейка исчез за темной занавеской.

– Ничего не попишешь, придется ждать. – Пол обошел студию, изучая висевшие повсюду на стенах наспех прилепленные фотографии полуголых красоток.