Точно в лучшую!
Но что же тут, собственно, произошло? Добро победило Зло? Или Зло большое забрало себе зло меньшее на потеху и расправу, послужив таким образом Добру? Ох ты ж Матерь Божья, не надобно нам, казакам, лезть в такие дебри. Поэтому я никогда служебной карьеры и не сделаю, прав дядюшка: меньше умничаешь, дольше живёшь, спокойней спишь и палёной водкой не глушишь тоску по несовершенству всего человечества как вида…
— У вас есть до меня весомые вопросы, — уверенно заявил старый еврей, неторопливо выходя из хаты.
— Куда они его? — поинтересовался я, присаживаясь на завалинке рядом с чёртом.
— Ой, а то вы не знаете…
— Что, прямо туда?
— А то нет! Колдуном можно стать по неведению, наследственно, по проклятию ближних, но хуже всего, когда человек сам идёт на этот шаг по своей воле.
— Что у него была за печать?
— Так вот то самое выжженное клеймо в форме коровьего копыта. Вы его хоть приблизительно рассмотрели? Таки запомните, им клеймят тех, кто пошёл под власть Сатаны добровольно и с радостью. Что-то ты за это получаешь: власть, умения, деньги, всякого разного по мелочи… Но пользуешься всем этим, пока печать в сохранности! Её даже в бане мочалкой тереть не рекомендуется.
— Значит, это моя вина в том, что человек отправился в пекло и…
— Ой, Илюша, я вас умоляю! — раздражённо хлопнул себя по коленям чёрт. — Вы таки казак или благородная девица из петербургского пансиона? Этот драный поц был враг и мне и вам. Вы меня от него избавили, а я весь помогал вам, как мог, потому шо мне дорог тот табор, но идти напрямую против нечисти мне нельзя! И уж поверьте, таки не из морально-этических соображений.
Я молча вытащил из-под ворота рубахи нательный крест на гайтане. Чёрт закашлялся…
— Так-то лучше, — напомнил я. — На дружбу не нарывайся, казак с нечистью приятельство не водит. Разок свела кривая, не поубивались лбами, и на том спасибо. Но под горячую руку не лезь.