Оно тоже чувствует дурманящий запах, оно ревнует, оно хочет тоже…
— Ты помнишь, как тебя зовут? — раз за разом я слышал эти слова, но только сегодня я их понял и только сегодня я смог удержать контроль над телом до такой степени, что попытался ответить."
"— И-а, — язык во рту как чужеродный шмат, совершенно не слушается.
— Все правильно, тебя зовут Витя.
— А ты помнишь, как меня зовут?
— А-о-а, — по-моему даже ишак владеет речевым аппаратом лучше меня
— Все верно, это я, твоя Алена.
— Вить, ты понимаешь меня?
— А.
— Хорошо. Тогда слушай. Я не успела пройти полную трансформацию… пришельцы уже здесь. Они меня заберут, надежда только на тебя… и на нее… понимаешь меня? Она тебе поможет. Доверяй ей. Вить, обещай мне, ты будешь ей доверять!
— А.
— Большую часть силы я потрачу на тебя, поэтому ей помочь должен будешь ты. Понимаешь?
— А.
— Обещай, что поможешь ей.
— А.
— Вот и хорошо, — Алена отмыкает мою правую руку, вкладывает в нее ключ, а затем отходит от меня. Три шага и Алена пропадает из поля зрения.
Я слышу только, как гремит цепями и урчит за стенкой другое тело. И слышу, как оно тоже успокаивается. Затем я снова вижу Алену, она собиралась выйти, но услышала шаги, остановилась и стоит, ждет, не спуская глаз с двери. Дверь открывается и в нее заходят остроухие люди с правильными тонкими чертами лица в искусных доспехах. Уровни от тридцать пятого до тридцать девятого. Все как один остроухие воины склоняются перед Аленой в глубоком поклоне.
— Великая жрица, — говорит один из них, — Мы должны препроводить вас к лорду светлых эльфов Леноэламу.
— А если я не хочу к нему идти? — Алена не столько спрашивает, сколько желает получить подтверждение собственному предположению.
— Увы, боюсь выбора у вас нет.
— Я так и думала, — Алена идет к выходу, — Ведите.
Эльфы и Алена уходят, и только тот, что разговаривал с Аленой, перед тем как выйти, останавливает на мне взгляд.
— Здесь зомби, его следует упокоить.
— С ним разберутся без вас, — твердо говорит Алена, эльф пожимает плечами и выходит тоже, прикрыв за собой дверь.
Мне потребовалось около получаса, чтобы освободить вторую руку. Тело по-прежнему почти не слушается меня. Ключ несколько раз выпадывает из руки, а пальцы отказываются сгибаться, роняя его раз за разом. Но усилия не проходят даром. Ошейник дается уже проще, я наловчился удерживать ключ в этих одеревеневших пальцах.