И эта будет болезненно (именно болезненно) притягательная форма. Ужасно? Пошло? Да. Прекрасно? О, дааа. Если убрать эту уродливую, с моей точки зрения, порнографию, которая лилась из него с каждым вздохом, то остался бы просто красивый парень. Оболочка. Но с дьявольскими намеками в глазах, улыбке, каждом слове, он становился просто убийственным. Для меня. Каким бы невинным занятиям не предавался. Даже сейчас, просто идя, вызывающий наглец будил самое мерзкое в душе. Бесстыдные, гадкие желания, которые лучше держать в узде.
— Яша, — Я снова схватила парня за грудки и попыталась встряхнуть. — Отсюда можно незаметно выбраться?
— Ты от этого, что ли, прячешься? — Презрительный взгляд в сторону моего преследователя.
Казалось, что деревенский ловелас хотел предложить разобраться с приезжим, но нет. Наверное, оценил широкие плечи и сильные руки, перевитые сухожилиями.
— Да. Быстро, выведи меня отсюда, — Шепотом рявкнула я. — Немедленно.
Как же хотелось пнуть неповоротливого бегемота с соломой вместо мозгов.
— Ну… пошли, — пробубнил, наконец, он. — Тут через огород можно пройти на соседний участок, а с него в лес и до вокзала.
— Показывай дорогу, — Распорядилась я.
Лавируя между грядок, мы быстро оказались возле дощатого забора, через который я с трудом перелезла с неловкой помощью Яши. К счастью, лес здесь был густой, еловый. На земле хвойный ковер с минимумом травы. Я любила ходить за грибами… но хватит об этом.
— Куда поедешь-то? — Хмуро спросил пыхтящий рядом парень.
— Не знаю пока. Сначала надо выбраться отсюда.
— Чего сложного? — Не понял он. — Думаешь, этот пижон в своих начищенных ботиночках через забор полезет?
— Перемахнет, — проворчала я. — Он паркуром раньше занимался.
— Чем?
— Яша, некогда объяснять. Просто помоги убежать, ладно?
— А может в Шигаево тебя отправить? У меня там дядька живет, в гости буду приезжать… — не отставал навязчивый кавалер.
— Нет.
— Почему?
— Если хоть одна живая душа будет знать, где я, то узнает и он.
— Это как? — Недоверчиво уточнил надоедливый Яша.
— Лучше бы тебе оставаться в счастливом неведении, — серьезно отозвалась я. Слишком уж свежи были воспоминания о тех парнях, которые всего лишь имели неосторожность посчитать меня привлекательной.
В детстве я была очаровательной малышкой. Тогда мои волосы еще не потемнели и красиво завивались в локоны.