— Кому надо оформить договор, показать преимущества, утвердить сроки, обсудить гарантии, получить бонус — и всё это за одну лишь… Ох, задница Вельзевулова, здесь же ангел! Я попозже…
Бесёнок исчез прежде, чем мужики протёрли глаза, а мой друг хлопнул кулаком по столу. Посуда подпрыгнула, недопитую бутылку я успел подхватить, а гражданин Анисимов неожиданно откинулся на стуле, задрыхнув самым наглым образом.
— А чего… — минуту спустя начал десантник, — я б, в принципе, продал. На фига мне душа при такой жизни? Армию профукали, Чечню сдали, дань им платим, пацаны наши там… Чё, нет, что ли?! А?!!
— А чего ты на меня уставился? — буркнул я, разливая остатки.
— Абифасдон?
— Чего, Альберт?! Вечно я один виноватый, а ты всегда в белом…
— Н-не ссорьтесь, господа, — икнув, остановил нас интеллигент. — Я тоже готов обсудить продажу своей души. Но, как и наш друг Витя, я просил бы не столько материальных благ, сколько благополучия и величия нашей общей Родины.
"— Это нереально. — На столе вновь возник бес. — Давайте будем смотреть на вещи трезво. Страна переживает сейчас не лучший период своего болезненного возрождения. Вмешиваться в естественный исторический процесс всегда чревато. Может, по старинке — деньги, бабы, алкоголь? Ай! Ну фиг ли сразу драться-то…
Первый щелбан Альберта не достиг цели, зато второй вогнал искусителя обратно под клеёнку. Мы вновь торжественно и глубокомысленно помолчали…
— Слышь, ты! Это… А вот если я душу-то продам, а на деньги Россию подниму, то… Ну, там, мне потом… в Пекле чё, послабление будет?
— Не будет, — вынужденно признал я, потому что при Альберте особо не соврёшь.
— Более того, вас обманут, — твёрдо добавил он. — Деньги вам дадут, и много. Вы начнёте раздавать их хорошим людям, а чтобы плохие их не отобрали, накажете плохих, рассадив их по тюрьмам или просто перестреляв. Потом хорошие всё потратят и придут к вам снова, вы опять дадите им денег, но уже без особого желания.