Моя мама была уборщицей, тетя Лена сидела в бухгалтерии, а Екатерина Михайловна на складе чего-то делала. Когда предприятие закрыли, мамочка уже умерла, а я только школу окончила, пошла учиться маникюр-педикюр делать. Дом у нас из двух комнат, удобства во дворе, огород и куры. За всем мамуля следила. После того как ее похоронили, хозяйством никто не занимался. Соседки в Москву смотались. У одной там дочь, у второй сестра. Дома свои они на продажу выставили, да кому их халупы нужны? После окончания курсов я решила в Москве на работу устроиться.
– Наверное, неудобно жить в безлюдном селе, – посочувствовала я, – и страшно.
Аэлита сделала глоток компота.
– Мне еще повезло. Электричество почему-то не отключили, а платить за него не надо, потому что официально света нет. А в реале он есть. И остановку рейсового автобуса не убрали. Автобус возил сотрудников фабрики, раньше много людей там сходило утром, а вечером уезжало. Сейчас я одна. Водители меня знают, ждут, если я опаздываю, но это бывает редко, аккуратно прибегаю.
– Верк, – закричал кто-то, – куда пирожные ставить?
– Слева пихай, – ответил другой голос.
Аэлита горестно вздохнула, я встала, купила по одной штуке каждого пирожного и поставила в центр стола.
– Угощайтесь.
– Спасибо, – обрадовалась собеседница и схватила «орешек» с вареной сгущенкой. – А насчет того, что одной страшно… Да, верно, но потом привыкаешь. Я давно поняла – никто ко мне не полезет, все думают, что в Товарове никого нет. Только однажды вечером постучался мужчина, имя назвал, паспорт показал: Сергей Петрович Чернов. Он спросил:
– Вы тут давно живете?
Узнал, что с рождения, и продолжил:
– В ноябре на повороте авария случилась.
Аэлита схватила венгерскую ватрушку."
"– Ха! Если кто о том происшествии знает, так это я. Ответила ему:
– Вам зачем?
Чернов рассказал, что погиб его единственный друг. Он ищет человека, который видел ДТП. Приехал в Товарово специально вечером, чтобы люди уже с работы вернулись. А вокруг одни пустые нежилые избы. Только в моем окне свет горит.