– И неизвестно, сколько бы еще пролежал, если бы не ребенок.
Артем согласно кивнул и начал объяснять:
– Квартира съемная. Появился здесь мужик, если верить соседям, всего неделю назад. Вдвоем с ребенком. Хозяйку квартиры увезли в больницу.
– Дамочка оказалась нервной, – хмыкнул Валера.
– Ничего удивительного, – повысил на него голос Артем. – Это ты у нас…
– Чего б вы без меня делали? Так что попрошу относиться к моей персоне с почтением.
– Труп хозяйка обнаружила? – спросила я.
– Соседи за стеной обратили внимание на плач ребенка.
– Как он себя чувствует?
– Врачи сказали, все будет нормально.
– Об убитом что-нибудь известно? – спросила я.
– Арапченко Сергей Алексеевич, родился…
– Арапченко? – переспросила я и вновь перевела взгляд на убитого.
– Ну да, Арапченко, – повторил Артем. – А в чем дело? Ты его знаешь?
– Не успели познакомиться, хотя я очень хотела.
– Вот теперь и познакомишься, – флегматично заметил Валерка.
– Еще неделю назад он жил в Радужном, там у Ритки дача, он был ее соседом.
– И чем он тебя заинтересовал? – спросил Вешняков.
– Сама не знаю. Одинокий мужик с ребенком… – Во взгляде Вешнякова появилось беспокойство, но он поспешил его скрыть. – Соседка сказала, что его жена умерла родами. Он сам бывший военный, сюда приехал после смерти жены, дом в Радужном принадлежал его сослуживцу. В поселке он ни с кем, кроме соседки, у которой молоко покупал, не общался, причем ей сказал, что у него не дочь, а сын, Саша.
– Что за ерунда? – удивился Артем.
Я пожала плечами.
– Это теперь тебе предстоит разбираться, почему он скрывал пол ребенка.
– Так, может, это другой младенец? – подергав себя за мочку уха, спросил Артем.
– Может. Я решила взглянуть на соседа, так, из любопытства. Но он от знакомства со мной отказался, попросту не открыв мне дверь. А на следующий день и вовсе покинул Радужный. Хозяин дома утверждал, что он помирился с тещей и уехал, кажется, в Вологду.
– Ты думаешь, его отъезд следствие твоего назойливого внимания? – спросил Артем.
Я пожала плечами.