Что я оборвал всё настолько, что больше не смогу возобновить.
А пока…Я скучаю. Я пиздец как скучаю и схожу с ума, когда сплю без неё в своей постели. И не помогает нихуя. С самого первого вечера не помогало. Ни сигареты, ни скорость, ни алкашка.
Каждый день я вспоминаю тот роковой вечер. Каждый день мне снятся те же кошмары, только теперь рядом с Линой лежит и моя Катя…А я просто, сука, умираю сам, когда держу её бездыханное тело на своих руках. Это больше, чем я смогу вытерпеть.
Это самое страшное, что может произойти…
После её ухода, я начал думать. Надо было раньше, нахуй. Надо было, но как?! Если мной всегда управляли эмоции. Если даже Рус поверил этому мудозвону, которого назвать отец язык не поворачивается.
Я копал, я узнавал, сопоставлял. По Катиным поступкам, поведению, отношению к себе осознавал, что её просто втянули в то, что она так и не поняла. А я, как придурок, повёлся, потому что так и не верил до конца, что мне могло так повезти с девушкой.
Что у нас с ней одно сердце на двоих и это не мои чёртовы выдумки, не паранойя. Это правда.
Она любит. Она меня любит.
Что я знал точно, так это то, что должен уберечь её от своей семьи. И когда услышал, что она улетела во Владивосток, меня одолело двоякое чувство. Облегчение и безумная щемящая тоска…Я знал, что не увижу её достаточно долгое время, но так было безопаснее для нас с ней.
Рядом я мог и не сдержаться. Найти, прижать и не отпустить…Это было бы весьма глупо. Вот так запороть то, что начал. А начал я в тот самый момент то, что называется разведкой, после которой последовали бы полномасштабные военные действия.
Раз уж в игру вмешался Сокол всё было более, чем серьёзно. Отец ведь запланировал всё не просто так. Он решил подставить всех в этой цепочке и выйти победителем.
После слияния двух холдингов, мы должны разделить пакет акций, а Фил нужен для контроля рынка.