– А я все гадаю, зачем ты на мне женился?! Может, ты и бабушку грохнул ради своей прихоти?!
Одним рывком жена выхватывает пуховик из шкафа-купе и, надевая его на ходу, несется к дверям. Успеваю схватить ее за запястье, перегораживая выход.
– Ты все не так поняла, – прижав к себе, испепеляю брата взглядом. – Это бред, понимаешь?
А у самого внутри клокочет обида. Нормально так! Я ее из всякого гуана забодался доставать. А она меня в убийстве обвинила.
– Отпусти, – перестав биться раненой птицей, просит спокойно и холодно.
Каждое слово бьет по нервам. Отличный поворот! Похоже, я пригрел на своей груди змею. И брата-недоумка.
– Погоди, Света, – прошу, сдерживая ярость. – Давай обсудим спокойно.
– Что, Руслан? Я не знаю, когда ты врешь, а когда говоришь правду. Ты давишь, а я не могу так жить.
Да еще глазами зыркает, будто убить хочет.
– Пожалуйста! – отпускаю руку. И все еще надеюсь, что Света передумает. Какого хрена взбеленилась?
А когда жена выходит на крыльцо, хочется побежать следом. Подхватить на руки. Отнести в спальню. Стащить дурацкие тряпки и любить до утра.
Одна проблема. Годаровы ни за кем не бегают. Включив монитор, внимательно наблюдаю, как Света спешит по аллейке, как пытается открыть дверь.
Накинув куртку, спокойно выхожу из дома.
– Чтоб я тебя тут больше не видел, – рявкаю растерянному Артуру. У него прям на фейсе читается «А что я такого сказал?».
– Пойдем домой, милая, – прошу, подходя сзади.– Я уж точно не хотел смерти Надежде Сергеевне.
– Прости, я погорячилась, – вздыхает Света, на автомате поворачивая ключ в замке. И проклятая дверь открывается!
Вслед за женой снова вхожу в Розановский дом. Ненавижу его! Снесу, блин, при первой возможности!
– Уже поздно, – поворачивается ко мне Света.
– Не возражаю, – пожимая плечами, стаскиваю куртку и ботинки. – Хочешь ночевать здесь, я не против. Стели постель, а я пока охране позвоню.
– Здесь? – с сомнением уточняет жена.
– Ну, тебе же тут медом намазано, – морщусь я. – Давай попробуем поспать в этой хате."
"– Погоди, – вскрикивает она, что-то вспомнив.